Когда-то Валентина Георгиевна была действительно одной из самых богатых и красивых актрис Москвы, но жизнь посылала ей одно испытание за другим, то балуя щедрыми подарками, то отбирая всё до последней крошки. Эта женщина была трагически одинока. Бог не дал ей ни братьев, ни сестер, ни детей, ни внуков. Друзья с годами уходили. Мужчины, которых она любила, предавали.
Валентина Токарская родилась в 1906 году в Одессе. О своих родителях она говорила так: «Моя мама была немка, а папа – актер. Моя творческая жизнь началась с того, что мама меня родила и не стала кормить грудью. И мне наняли кормилицу, у которой было очень хорошее молоко, какого сейчас не делают. Поэтому я так долго живу».
Семья переезжала из города в город в зависимости от того, в какой антрепризе отец получал работу. Училась Валентина в Киеве в Фундуклеевской гимназии. В октябре 1915 года гимназию посетила вдовствующая императрица Мария Федоровна, супруга Александра III и мать последнего русского императора Николая II, и самое первое выступление будущей актрисы состоялось именно перед царствующей особой. Маленькая Валечка читала монолог Чацкого: «Не образумлюсь… виноват…»
«Нас выводили на встречу с ней в рекреационный зал, – вспоминала Валентина Георгиевна. – Правда, не всех. Только тех, кто по блату. Я как раз была блатной, так как не хотела и не любила учиться, и со мной занималась сестра нашей классной дамы. А классная дама сама отбирала учениц, которые пойдут приветствовать царицу, – каждой отводилось место, кто где будет стоять, делать реверанс, и я, благодаря ее сестре, всегда была среди избранных».
Отец, провинциальный актер Георгий Иосифович Токарский, не мог долго оставаться на одном месте, поэтому вскоре бросил семью. Он сколотил труппу актеров-любителей и отправился в поездку по Украине. Одна из «любительниц» стала его новой женой.
Мама Валентины, Елена Николаевна, не работала никогда, поэтому зарабатывать пришлось дочери. Тринадцатилетняя Валечка училась в балетной школе и выходила на сцену в балетной массовке в опере, а иногда танцевала в кино перед сеансами. Когда становилось особенно голодно, Валя шла на рынок менять вещи на продукты.
«С началом Гражданской войны власть в Киеве менялась каждый день – то белые придут, то красные, то зеленые, а то и поляки… – рассказывала Токарская. – Когда пришел Деникин, в городе начался настоящий парад. Солдаты въехали в город на лошадях, их встречали дамы в белых платьях, в огромных шляпах, кидали цветы и обнимали лошадей. Но какие бы “цвета” в Киеве ни появлялись, все обязательно пьянствовали. И, конечно же, по всему городу шли погромы. Маме это страшно надоело, и, когда в Киев пришли немцы, мы уехали в Ташкент».
Там шестнадцатилетняя Валентина вышла замуж за оперного певца Сергея Лебедева. Он был тенор, пел главные партии в «Пиковой даме», в «Паяцах», а она была солисткой балета и вспоминала это время так: «Помню, была очень смешная оплата труда – появились сначала миллионы, потом миллиарды, и каждый день деньги менялись. У меня даже сохранилась афиша, на которой написано, что она стоит пять миллиардов. Если у тебя появлялись деньги, их тут же надо было потратить, потому что завтра всё будет стоить дороже. И так было до 1924 года, пока не ввели червонец, который стал конвертируемым рублем…»
Супруги отправились в Москву на биржу труда, куда приезжали актеры разных жанров, собирались в коллективы и гастролировали по всей стране. Им повезло: они оказались в достаточно солидной труппе с хором и оркестром, и на следующий сезон Токарская с мужем уехали в Новониколаевск. А в середине 1920-х Валентина навсегда покончила с балетом. Танцевала она превосходно, но всегда мечтала петь. На актрису обратили внимание, пригласили в оперетту. Обладая эффектной внешностью и не очень сильным голосом, Валентина играла не героинь, а так называемых субреток или женщин-вамп. Мужу повезло меньше – он долго не мог найти места, уехал в глубинку и стал слать Вале нудные письма с требованием ехать к нему в оперу. Супруга ответила категорично: «Я ни за что не оставлю оперетту, не буду больше танцевать, и, видимо, мы больше не встретимся». Лебедева она не любила. Юной актрисе вскружили голову успех, многочисленные поклонники и внимание со стороны главного режиссера труппы Григория Лирова. Но вскоре она оставила и его. Приглашений было всё больше, качество творческих коллективов – всё выше, Токарской стали предлагать бенефисы. Ее перетягивали из одной труппы в другую, и в конце концов она дослужилась до солидной, престижной оперетты с хором, оркестром, приличным жалованьем и известным режиссером Дмитрием Джусто.