Молодой человек устало привалился к стене, подбирая слова ответа. Принцесса Релинген требовательно вопросила:
-- Так как, сударь, вас можно поздравить с титулом пэра или вы всего-навсего герцог?
-- Ни пэр, ни герцог, ни даже граф де Бретей, -- устало ответил шевалье.
Аньес обратила, наконец, внимание на состояние молодого человека. Бледный, уставший, он выглядел так, словно целую неделю провел в осажденный крепости без всякой надежды на помощь извне.
-- Чем же вы так не угодили его величеству? -- с недоверием переспросила принцесса.
Молодой человек поднял голову.
-- А разве я должен был угодить королю? -- очень медленно и четко проговорил он. -- Мне казалось, речь шла о моей женитьбе на Соланж. Или вы опять передумали, мадам?!
Глаза шевалье засверкали.
-- Меня зовут Жерар, мадам, и я боевой офицер. А что до шевалье Александра, так он уже пять лет как умер, погребен и на его могиле установлен огромный камень. И я не собираюсь его воскрешать, даже если он это я.
Несколько мгновений офицер и принцесса испепеляли друг друга взглядами, силясь понять, что они только что наговорили друг другу и что друг о друге думали. Как человек военный, Жерар первым пришел в себя.
-- Все очень просто, мадам, -- вновь заговорил он. -- Его величество предложил мне службу при дворе, а я ответил, что мое призвание -- это военная служба. Тогда король по своей доброте напомнил, что мой предок лишился графского титула за участие в заговоре, поэтому он не может сделать графством Бретей, но возведет в графское достоинство Саше. Таким образом, я граф Жерар де Саше, шевалье де Бретей, а если будет на то Божья воля, то и сеньор Азе-ле-Ридо. Вот и все...
В первую минуту Аньес с облегчением перевела дух, во вторую подумала, что не ждала подобной мелочности от короля. Хотя, что еще ждать от сына итальянской банкирши?
-- Ну что ж, граф, -- проговорила, наконец, принцесса Релинген, -- графский титул все равно остается графским титулом, и, по крайней мере, теперь вам с Соланж не придется кланяться каждому встречному дворянчику и пропускать их вперед в церкви. Ну, а во-вторых, теперь у вас есть еще одно основание взять на шпагу герцогство, чтобы у его величества не появилось искушения возвести в герцогское достоинство Саше. И знаете, возможно, некогда Бретеи и лишились графского титула, но вот герцогское достоинство у них никто не отнимал.
Молодой человек невольно усмехнулся.
-- Он никогда не пойдет на это, мадам... слишком уж он обозлен...
-- О Боже, злой король -- это что-то из детской сказки, -- пренебрежительно заметила Аньес.
Какие бы сплетни не ходили по Турени о новоявленном графе де Саше, но под церковными сводами лошского собора прозвучали те самые слова, которые уже десять столетий произносились при церемонии венчания:
-- Берешь ли ты, Александр-Франсуа-Жерар...
Да, сплетни ходили разные. За последние три десятка лет Саше так часто переходило из рук в руки, что обитатели провинции не успевали запоминать имена своих новых соседей, да и прежде Турень не знала никаких дворян де Саше. Таким образом, титул молодого человека казался соседям до отвращения новым, а происхождение графа неясным. И все же дамы склонны были прощать шевалье сомнительное дворянство, полагая, что молодость и красота должны больше радовать молодую жену, чем старые пыльные грамоты, подтверждавшие происхождение их владельца от короля Дагобера.
Сплетни сплетнями, но свадьба событие всегда радостное, в Турени или в других местах. Лош, и Азе-ле-Ридо от души веселились и пили за здоровье молодых. И лишь один человек был мрачен, когда под сводами лошского собора епископ объявил Александра-Франсуа-Жерара де Бретей, графа де Саше и Марию-Антуанетту-Соланж де Сен-Жиль, даму Азе-ле-Ридо мужем и женой. Это был тот самый человек, которому принадлежал Бретей до того, как попал в королевскую казну. Де Бретей, - с досадой шептал он, -- опять де Бретей, а вот соседи косились на него, когда он пытался именоваться хотя бы "ле Бретей". Мэтр Каймар хорошо помнил слова тестя: "Вы решительный человек, дорогой зять, и я уверен, вы без труда найдете доказательства смерти последнего представителя это рода. И когда род Бретеев прервется, вам не составит труда как владельцу имения получить право на выморочное имя и дворянский титул. Как видите, я не случайно доверяю свою дочь именно вам". Он доверил и проиграл. А вот этот мальчишка выиграл: жизнь, жену, титул, богатство и Бретей. Выиграл. А он из-за него проиграл.