лись напасть. Несколько бандитов, вооружённых арбалетами, выстрелили по ним со стороны водопада. Следуя командам Лероя и командира силовиков, люди, пригибаясь и прячась за камнями, стали быстро приближаться навстречу бандитам. Среди тех раздались крики и началась беготня. Выстрелы с их стороны были в основном беспорядочными. Бандиты побежали назад, к высоким скалам, обрамляющим этот участок пустоши. Охотники проследили за ними взглядами и обнаружили в том направлении вход в пещеру, в которую начали отступать бандиты. Лерой одним из первых добежал до этого входа и не дал возможности последнему забежавшему туда бандиту выкатить большой камень, который закрыл бы вход в пещеру. Он полоснул кинжалом по руке, которая обхватывала камень прячущегося за ним бандита, и тот со вскриком отдёрнул руку, оставив на камне кровавый след. Лерой сдержал порыв тут же попытаться откатить камень обратно, расширив вход, и кинуться за бандитом вглубь пещеры. Он оглянулся и широким взмахом позвал к себе товарищей. Прячась, люди отодвинули камень. Первому же попытавшемуся заглянуть в пещеру охотнику выстрелом оттуда пронзили ухо, попутно содрав кожу с виска. Лерой взял в руку камень покрупнее и бросил в пещеру, а потом быстро заглянул следом и, увидев, как в камень выстрелил один из засевших там бандитов, произвёл в него уже свой выстрел. Перед тем, как отдёрнуть голову назад, он успел увидеть, что его арбалетный болт вошёл бандиту в голову между глаз. После этого остальные собравшиеся возле Лероя охотники тоже похватали камни, дружно вбросили их в пещеру и, пригнувшись, вбежали следом. Нескольких бандитов, засевших у стены пещеры и не успевших перезарядить свои арбалеты, прошили болтами. Потом все перезарядили своё оружие и стали продвигаться вглубь пещеры, оказавшейся довольно большой. Остатки банды были обнаружены ими в благоустроенном дальнем ответвлении пещеры. Помещение ярко освещал амулет, а сидевшие за инкрустированным столом на дорогих стульях люди подняли при виде вошедших руки вверх. Это были более дорого одетые люди, чем прежние бандиты, среди них находились и две женщины. Все они с ненавистью смотрели на Лероя и вошедших за ним людей. Ни Шумова, ни Дадиани здесь не было. - Где господин Шумов? - спросил вошедший командир силовиков. - Ищите на дне океана, - лениво ответил один из бандитов. - А где Зигфрид Дадиани? - спросил Лерой, глядя на ответившего. - Сбежал, как только начался шум. Судя по тому, что вы спрашиваете, ему удалось от вас уйти, - усмехнулся бандит. Лерой подошёл к этому человеку и сгрёб его за одежду под горлом. - Куда. Он. Пошёл. - Я так думаю, к тебе домой, - глумливо ответил тот, ничуть не испугавшись. Лерой отбросил от себя приподнятого им бандита и направился к выходу из пещеры. За ним пошёл Ахига Вэй и ещё несколько охотников. Силовики из служб правопорядка остались арестовывать живых бандитов и собирать убитых. Подгонять мириаподов не понадобилось - они и сами торопились уйти из этих безжизненных мест. Лерой в окружении охотников ехал навстречу садящемуся солнцу и пытался гнать от себя уводящие к панике мысли о том, что он может обнаружить дома, если доведённый до края Дадиани обрушит там всю свою злобу. Ахига Вэй, как оказалось, мыслил в том же направлении и поэтому он сказал другу, когда они все остановились на стоянке для мириаподов: - Я пойду первым. Охотники неслышным шагом приблизились к глухой стороне бунгало, обогнули его с двух сторон, прижимаясь к стенам, и осторожно выглянули. На ярко освещённой террасе мирно сидели за накрытым ужином столиком двое: живая-здоровая королева Ларен и какой-то хорошо одетый господин. Но для охотников эта картина не была поводом расслабляться - Зигфрид Дадиани мог быть где-то поблизости, и его нельзя было вспугнуть, чтобы он опять не ушёл. Его нужно было поймать, иначе все сегодняшние события могло бы понадобиться повторять в будущем. Поэтому они, не выдавая себя, продолжали осматривать окрестности, доступные для взора в сумерках. - Фанечка! - раздался громкий голос королевы, прибавившей несколько слов на незнакомой остальным речи. - Что вы ему сказали? - спросил мужчина, сидевший за столиком напротив Лоры. - Попросила убрать использованные тарелки, - ответила та. - Врёшь! - вдруг сказал собеседник королевы. - Тогда спроси у него сам! - резко ответила она. Из входной двери дома показался домовой, держащий в руке блестящую металлическую штуковину - кухонный пестик. - Бросай мне! - крикнула ему Лора. Домовой подбросил свою штуковину вверх, и Лора, выгнувшись вбок, поймала её. Мужчина вскочил и потянулся за пазуху. Лицо его вдруг как-то потекло, словно с него стала сползать жидкая маска. Под ней открылось лицо совсем другого человека - старше лет на пятнадцать, с седыми волосами. Лерой взял Дадиани - а это был, без сомнения, он - на прицел и стал неслышным шагом подходить к нему со спины. Остальные охотники тоже стали незаметно окружать террасу. Тем временем Дадиани усмехнулся и сказал: - Перед тем, как я убью твоего мужа, я дам ему полюбоваться на твой труп. Три события произошли почти одновременно: Лора резко подбросила вверх вращающийся пестик, вынутый бандитом нож полетел в неё быстрее, а болты арбалета Лероя - ещё быстрее. Помимо Лероя, в Дадиани выстрелили и другие охотники. Все выпущенные болты, преимущественно, упали на пол террасы, столкнувшись с чем-то непробиваемым на теле преступника. Пестик обрушился сверху на его голову, белый пёс подскочил и вонзился зубами ему в лодыжку, и Дадиани не устоял, упав на спину. А выпущенный им нож... Выпущенный Дадиани нож ударил в грудь метнувшегося на защиту хозяйки домового. После этого тот оглянулся через плечо на Лору и из его видимого ей зелёного глаза выкатилась слезинка. А потом домовой исчез. - Фаня... - растерянно произнесла королева, - Фаня! После этого крика, на который никто не отозвался, Лора зарыдала и подскочила к лежащему неподвижно в беспамятстве гостю и стала пинать его ногой по бёдрам: - Я убью тебя, мразь такая, убью! Лерой обхватил бьющуюся в истерике жену за пояс и оттащил от бандита. Охотники быстро скрутили живого и почти невредимого бессознательного Дадиани, связав ему руки и ноги. Под его рубашкой, как выяснилось, был надет жилет, сделанный из лёгких и непробиваемых перьев иномирной гарпии. - Всё, всё, Лора, успокойся... Лора! - говорил жене Лерой, пытаясь прекратить её истерику. - Он убил Фаню! - прорыдала она. - Нет, Фаня жив, что ты? Если бы он погиб, он бы не смог исчезнуть, понимаешь? - Правда? - подняла к нему Лора зарёванное лицо. - Конечно! - ответил Лерой с уверенностью, которой на самом деле не испытывал. Потому что никто не видел мёртвых домовых. - Обен, смотри, нож Дадиани валяется. И на нём нет крови, - сказал Ахига Вэй. - А у домовых вообще кровь есть? - спросила Лора сквозь слёзы, - они же магические создания. Ей никто не ответил - просто не знали. Причинять вред домовым никто не хотел, во избежание навсегда остаться без их помощи, а сами домовые были в быту очень ловкими и не допускали получения ими травм. - Что делать с арестованным, Ваше Величество? - спросил один из охотников. - В клетку его. Ахига, покажи, - кивнул Лерой другу на сарай с вольерами, сам не желая выпускать из рук жену. После этого охотники, включая Ахигу, попрощавшись с королями, уехали домой. Лерой отнёс прижавшуюся к нему комочком жену в дом и опустился на диван в гостиной. Так они и сидели - в темноте и тишине, нарушаемой лишь всхлипами Лоры. Вдруг к этим всхлипываниям присоединилось тихое горестное причитание из-за спинки кресла. - Феофан, - с надеждой позвал Лерой и почувствовал, как замерла Лора. Из-за кресла показался домовой, только был ли это именно Фаня, Лерой в темноте разглядеть не мог. Он подошёл к световому амулету и активировал его. Напротив Лоры стоял Фаня и протягивал вперёд руки, горестно глядя на то, что держал в них. В его ладонях находился зелёный значок в форме щита - помятый и поцарапанный.