Когда награждённые, гости и пресса разъехались, короли Дестры и Синистры остались. У королей долины Гофер накопилось к ним несколько вопросов. Первым делом все проживающие в долине подали своим королям прошения о лишении их гражданства, с тем, чтобы обрести другое гражданство на своей новой земле. Короли тут же подписали эти прошения.
Когда и этот деловой вопрос был улажен и жители долины разошлись по своим домам, позаимствованный у Ахиги стол был заставлен приготовленными праздничными закусками и винами. Фаня сегодня, казалось, превзошёл сам себя. Монархов угощали нежными и сочными медальонами из мяса тика, деликатесной рыбой с пряностями, блинами с икрой, а на десерт были поданы ягоды со взбитыми сливками и шоколадно-кремовые рулетики. Но важнее закусок был разговор, который состоялся за этим столом.
— Пример Зигфрида Дадиани может оказаться заразительным, — высказал Лерой давно беспокоящую его мысль, — Кто-то может захотеть вновь произвести страшное оружие или подготовить заговор с целью захвата власти, понадеявшись, что у них получится, не в пример ликвидированной недавно организации. Нам нужно придумать, как не допустить такого впредь.
— Я с моими советниками тоже думал об этом, — ответил король Синистры, — и мы решили, что все изделия с использованием составляющих иномирных тварей отныне будут обзаводиться паспортом, в котором будут прописываться имена владельцев.
— И эти паспорта необходимо регистрировать в городских магистратах, — кивнул король Дестры.
— Необходимо заботиться о своих гражданах и шире освещать эту заботу в прессе, — вставила Лора, — Потому что и без иномирянского оружия могут возникнуть беспорядки, которыми воспользуются теневики и другие криминальные личности.
Король Никиас снисходительно посмотрел на неё.
— Это всё давно отработано и делается, ещё при жизни наших предков. Существуют и службы королевской государственной безопасности, и секретные отделы пропаганды. О том, что служащие этих отделов расслабились и проморгали банду Дадиани, уже сделаны соответствующие оргвыводы.
— И всё-таки я хотела спросить, Ваши Величества, неужели за всю историю двух стран здесь ни разу не было войн и попыток единоличного захвата власти над всем континентом? В моём родном мире подобными событиями пестрит вся история человечества, а люди-то там и тут одинаковые.
— Есть несколько причин этому, — задумчиво начал объяснять король Синистры, — Единоличная власть — это всегда риск свержения. Поэтому помимо географии нам помогает и политической устройство, когда во имя мира от внутренних врагов одному монарху защищаться помогает монарх соседней страны, понимая, что иное положение может привести к хаосу. Став единоличным правителем, победивший монарх или его потомок рискует распрощаться с властью, а вероятно и с жизнью, как только придёт более сильный человек. Держать же весь мир в страхе перед собой, чтобы эту власть сохранить, означает ни с чем не сравнимое одиночество диктатора, ухудшение качества его жизни, и такие диктатуры в лучшем случае могут закончиться с естественной смертью этого диктатора, а в худшем, для него в худшем, я имею в виду, с кровью его самого и его потомков.
— Отличие нашего мира от вашего родного, Ларен, состоит ещё и в том, что у нас есть магия, в том числе ментальная, — сказал король Никиас, — и ментальный маг, приближенный к королю, всегда следит за его душевным здоровьем. Нет, никакие мысли или воздействия, подавляющие агрессию, не внедряются, просто душевная и психическая сбалансированность сама исключает проявления паранойи, какого-либо фанатизма и тому подобного, что может привести к деформации личности и жажде единоличной власти над всем и вся.
— Вспомните и о другом хорошо известном вам виде магии, помогающем сохранять мир на континенте — о магии вероятностей, — улыбнулся король Синистры, — Магистр вероятностей всегда служит своему королю, и даёт возможность выбрать тот вариант событий, который оптимален.
— Шах и мат, — улыбнулась в ответ Лора, — Теперь у меня есть твёрдая надежда на процветание этого мира вместе с моей семьёй.
Проводив последних гостей, супруги Обен решили вместе прогуляться по долине. Сначала они навестили экодом с его жильцами. Хосе Мендис увлечённо работал — ему поступил заказ на несколько световых амулетов. Он пинцетом вставлял в гнёздышко из глины маленький кристаллик желтоватого камня и чертил на этой глине нужные руны, а потом сушил все изделия на горячих камнях, сопровождая этот процесс члением заклинания.
Не став надолго отвлекать Хосе от работы, Обены прошли к Тиане с Лейхой, у которых застали в гостях Вэя и, что было неожиданно, Серхио Дадиани. Эти тоже отмечали сегодняшнее награждение и были изрядно навеселе. Ахига с боевой медалью на груди и с не менее боевым настроем качал в кресле-качалке раскрасневшуюся и смеющуюся Лейху, а магистр с улыбкой слушал что-то объясняющую ему Тиану.
— Ахига, ты когда свой знаменитый на весь мир бандитский стол заберёшь, он всю террасу нам загромождает, — поддел друга Лерой.
— А вот как Ларен мне обещанный дом построит — так сразу, — ничуть не смутился Вэй. Он по-прежнему не признавал статусных обращений "Ваше Величество", и даже избегал слов "господин" и "госпожа". Но Обены на него, конечно, не обижались. Такой вот он, здоровяк Ахига Вэй.
— Для твоего дома уже равняется площадка и идёт работа с материалом, — обнадёжила его Лора, — Теперь у нас стало ещё больше рабочих, так что твой дом построим даже быстрее, чем прежние.