— И это все? — Я усмехнулась. — Я имею в виду, да, это отстой. Но ты же не хотел этого делать. Если уж на то пошло, во всем виноват буррито.
— Я… я… — Попытался Спринцовка, но Наживка заговорил за него.
— Он насрал на любимое пальто Сэйнта, — выдохнул Наживка.
— Сшитое вручную, лимитированное кашемировое пальто от Dior, — в унисон пробормотали все за столом.
Я расхохоталась, и все уставились на меня, как на сумасшедшую. Но я действительно не могла дышать.
— Это чертовски смешно, Спринцовка.
— Это не смешно, — твердо сказал Наживка, махнув на меня рукой, пытаясь унять мой смех.
— Они смотрят! — Воскликнула Халявщица.
— Успокойся, Чума, — умолял меня Ударник, пока я вытирала слезы из-под глаз.
— О боже, как бы я хотела быть там и увидеть его лицо, — сказала я, когда Спринцовка уставился на меня так, словно я только что бросила Сэйнта на стол и начала лакомиться его плотью. Что было неплохой идеей, если подумать. Хотя от него у меня определенно было бы несварение желудка.
Я решила, что мне нужно как можно скорее услышать все, что они сделали с Ночными Стражими, но было ясно, что Наживка будет приверженцем правил. Все они были такими, но они также были созданы для того, чтобы реагировать на властные нотки в моем тоне. Так что, если бы я раскусила Наживку, я бы раскусила их всех.
Я обратила внимание на приложение "Меню" и нахмурилась, увидев, что половина обычных продуктов отсутствует.
— Что за черт? Где свежая паста? И бургеры? И пицца. — О боже, только не пицца.
— У нас ограниченный выбор, — сказал мне Наживка, нахмурив брови. — Ты можешь заказать суп или салат. У них в школе под контролем самый разный персонал. Администратор, кухонный персонал, уборщики…
Я уставилась на него, разинув рот, как будто он только что сообщил мне, что наступает конец света. Конечно, время от времени мне нравился необычный салат или суп. Но каждый день? Нет…
— А как насчет картошки фри? — Я поискала в меню, но ничего не нашла, подняв голову, увидела, что все скорбно качают головами. Я в гневе хлопнула ладонью по столу. — К черту это.
Мой день был достаточно плохим и без того, чтобы мне отказывали в нездоровой пище, если я этого хотела. И после того, что я пережила утром, мне нужно было что-нибудь сырное и жирное в моем желудке, чтобы насытиться. Я поднялась на ноги, направляясь к кухне, но Наживка внезапно нырнул передо мной, как будто ловил пулю.
— Сядь, — настаивал он, кладя руку мне на плечо. Я посмотрела на его руку, и он быстро убрал ее, как будто мой взгляд обжег его. — Пожалуйста, Чума. Они придут сюда. Они накажут нас всех. Вот как они заставляют новичков подчиняться.
Я взглянула через его плечо на Ночных Стражей, которые поднимались со своих мест. Я сердито посмотрела на них, прежде чем снова переключить свое внимание на Наживку.
— Не тебе они причинят за это боль, — прохрипел он, и мое сердце сжалось от его слов. Это было отвратительно, извращенно и, безусловно, эффективно.
— Хорошо, — выдохнула я, обходя его и поворачиваясь к женскому туалету. Я оглянулась через плечо, заметив, как три придурка опускаются обратно на свои места, и мои плечи расслабились. Я ни в коем случае не собиралась быть побитой сукой. Но, похоже, на данный момент мой лимит в столовой был предрешен.
Однако у меня был план получше, чем бороться с выбором меню, что, по общему признанию, было самой горькой пилюлей, которую приходилось глотать. Пиццу, черт возьми, забрали. Долбаную пиццу. Но из этого вышла одна хорошая вещь. Я только что нашла себе небольшую армию ненавистников Ночных Стражей. Мне просто нужно было восстановить их костяк и заставить подняться вместе. Что явно было намного легче сказать, чем сделать. Но я всегда любила бросать вызов.
Наконец-то закончилась нескончаемая учебная неделя, и я была морально измотана, направляясь обратно в Бич-Хаус после ужина в пятницу. Сэйнт, Блейк и Киан позаботились о том, чтобы я была отверженной, заставляя меня сидеть впереди на каждом занятии, которое я делила с ними, пока ученики из других моих классов также избегали меня и сидели на расстоянии двух мест от меня. Все, кроме Милы, относились ко мне, как к имени, которое они мне дали. Чума. Я даже слышала, как Перл и Джорджи громко говорили о том, что у них всегда было чувство, что со мной что-то не так. А теперь поползли слухи, что я пролила текилу на грудь Киана Роско на вечеринке посвящения и слизала ее прежде, чем он успел меня остановить. Мне требовалось все, что у меня было, чтобы держать себя в руках, но каждое утро, просыпаясь, я крепко натягивала маску и не позволяла ей треснуть, пока снова не смогу остаться одна.