— Как давно это было?
— Три месяца назад.
— И с тех пор ты посылаешь их на задания церкви? — Сергей чувствовал, как внутри него всё бурлит.
— Да. Только задания никогда не были рискованными. Обычно я посылал их просто доставить нуждающимся еду. Приглядеть за стариками. Такого рода дела.
— А потом ты решил их отправить на склад Алой Розы.
— Я ничего не решал, — возразил дядя. — Они узнали об этом сами. Даже не знаю, у кого. Видимо, расспрашивали на занятиях о реликвиях и прочем. Кто-то проговорился, что картель украл у Синдиката золото, когда-то принадлежавшее церкви. Да ещё для сочности добавил, что оно пришло из Эдема. Вот им и взбрело голову, что нужно его вернуть.
— Так ты их никуда не отправлял? — взвился Сергей, чувствуя, как у него отлегает от сердца.
— Конечно нет, чёрт тебя побери. Я это и пытаюсь объяснить.
— Проклятье, с этого и нужно начинать! Зачем мне эти твои рассказы про веру и Освободителя?!
Дядя Миша покачал головой.
— Ты просто не понимаешь, что я хочу сказать. Я не отправлял их никуда. Они пришли ко мне, спросили про золото. Я обмолвился, что да, церковь обрадовалась бы, если бы его вернули. То, что священные реликвии у еретиков — это полбеды, но когда они ещё и переходят из рук в руки с молотка: это настоящая катастрофа. Володя вызвался вернуть их. Я запретил. А потом… потом они просто сбежали.
— Что же… — протянул Сергей. — Я рад, что ты не виноват.
— Я виноват, — ответил старик. — Ещё как, потому что не смог приглядеть за ними. Но вот что важнее, Сергей. Этому городу нужны такие люди как они. Пойми это. Мы с тобой уже не молоды. А за ними будущее. И сколько бы ты ни пытался остановить их, расти они не перестанут. Нам только остаётся, что отпустить их.
Сергей молчал. «Они не дети — и не были ими уже тогда, когда я впервые их встретил».
— Но я ведь должен сделать хоть что-то, — наконец, протянул он. — Я должен попытаться вернуть их на истинный путь, разве нет?
— Сказав, что им нельзя помогать нуждающимся? Запретить действовать перед лицом зла? Вот какой урок ты хочешь им преподать?
Дядя устало протёр глаза и сказал:
— Знаешь, я до сих пор вспоминаю, как полковник убил твоего отца. Иногда я не могу уснуть, потому что думаю: я ведь мог сделать хоть что-то — но не сделал.
— Ты бы погиб, — сказал Сергей.
— Может быть, — покачал головой дядя. — А может быть я бы сумел спасти его. Как бы там ни было, это не даёт мне покоя уже долгие годы. Хочешь ли ты, чтобы твои дети тоже мучились от чувства вины? От ощущения, что они могли изменить что-то, но не стали?
Сергей покачал головой. Дядя Миша улыбнулся.
— Вот и я думаю так же. Нам повезло, что никто не пострадал. Надеюсь, сегодняшний случай им послужит уроком и впредь они будут осторожнее.
— Пусть дальше ходят на эти свои занятия по самообороне, — сказал Сергей. — Но, пожалуйста, следи за ними внимательнее. Чаще интересуйся, что у них на уме. Если у них возникнут глупые идеи, пресекай их на корню, звони мне, если понадобится.
«Я для них никто. Но я должен пытаться».
— Из Володи получится отличный лидер, — заметил старик. — Инициативы и храбрости у него полно. Он их всех может уговорить пойти за ним. Благо, хоть Вера уравновешивает его безрассудность. Напоминает мне Ольгу, — дядя тут же погрустнел. — Знаешь, я жалею, что так и не завёл своих детей. Спасибо, что позволяешь мне приглядывать за ними.
— Ты же их настоящий отец, — усмехнулся Сергей, чувствуя как сердце пронзает боль. — Ты был с ними с самого начала. Я не могу отнять тебя у них.
— Я всего лишь их хороший друг, — сказал дядя, покачав головой. — Но только тебя они считают отцом. Знаешь, почему они пошли на этот грёбаный склад? Я как-то случайно бросил, что ради Освободителя ты бы пошёл на всё. Вот им и взбрело в голову тебя вот так порадовать. Славный вышел сюрприз, нечего сказать. Ладно. Всё хорошо, что хорошо кончается. Я буду на связи. Звони и заглядывай почаще. Они по тебе очень скучают.
— Обязательно, — сказал Сергей. — Обязательно…
Когда он вышел наружу, светосферы под потолком уже потемнели. Наступала ночь. Но Сергей ощутил, будто это был самый светлый день. Глаза его слезились.