Вик поднял взгляд и уставился в напряжённое лицо Володи.
— Он ненавидит меня за то, что я стал таким же, как он. Он тоже служил королю — и чем это для него кончилось? Всеобщей ненавистью и презрением. Сама экспедиция стала для полковника ссылкой. Он видит, что я продолжаю выполнять поручения Карла, и ему жаль меня. Вот только он не понимает, насколько мы разные. Его попытки установить мир всегда заканчивались большим кровопролитием. То, чего я добился, всё равно спасает больше жизней, чем открытая война. Он назвал меня убийцей. Что же, я испачкал руки, зато наши цели достигнуты. Синдикат сейчас в гармонии — и всё благодаря мне. Благодаря тому, что я убивал и угрожал убийством, прежде чем могла начаться действительно крупная заварушка. Диктатура страха? Может. Вот только полковник не смог ничего такого добиться сам.
Вик горько рассмеялся.
— Он завидует, что пролил столько крови и ничего не добился.
Володя покачал головой.
— Теперь я знаю, в чём дело. Почему он не хочет видеть тебя. Когда-то ты понимал его, а сейчас перестал. Всё, что ты говоришь, не имеет к полковнику никакого отношения. Ты думаешь, будто его волнуют твои заслуги? Будто он завидует? У него на уме проблемы покрупнее. Мы говорим о судьбе не просто Города, а всего человечества. Сааксцы, первенцы, да и вообще все, кто остались в этом проклятом мире — они не знают, что скоро все могут погибнуть, если ничего не предпринять. Все страдают от междоусобиц, у всех только свои несчастья на уме. Никто не видит цельной картины. А он прозрел.
— Чем же он вам мозги промыл? — спросил Вик. — Сказками, что знает, как вернуть Освободителя?
— Ты не веришь, потому что ты не ничего не видел, — цыкнул паренёк. — Иначе ты бы сам себе зашил губы, чтобы не извергать больше богохульств! Освободитель реален. И мы можем его вернуть.
— Что же, удачи вам, — сказал Вик. — Меня только оставьте в покое — или просто убейте наконец. Моя миссия провалена. А в вашем цирке я участвовать не хочу.
Володя улыбнулся, показав красивые белые зубы.
— Нет, капитан. Ты отправишься с нами. Ты должен увидеть весь путь. Полковник считает, что ты заблудился, но ты ещё не потерян. Тебя можно вернуть.
— Отправлюсь? Куда?
Казалось, Володю удивил такой вопрос.
— Как куда? Конечно же в Карас!
Прошло ещё несколько дней, прежде чем к нему снова пришёл Володя. Его сопровождали сааксцы, державшие детали экзоскелета. Позади всех Вик увидел Паркер. Он даже не удивился, что девчушка перешла на сторону полковника. Чего-то такого следовало ожидать сразу. И всё же, его гордость ощутила укол от очередного предательства.
— Время пришло, — сказал Володя. Он открыл клетку и впустил сааксцев внутрь.
Синегубые подняли Вика и помогли снять грязную одежду. Раздев его догола, они подали ему чистую рубашку и солдатские штаны. Как только Вик надел новые сапоги, сааксцы аккуратно начали присоединять детали экзоскелета. Первым пунктом стали ноги, благодаря чему Вик, наконец, смог встать в полный рост. После этого присоединили ранец, который тут же выпустил иглу и вонзил её в носителя. Вик даже не почувствовал боли, когда она вошла ему в спинной мозг — он лишь вздохнул с облегчением, потому что снова почувствовал себя целым.
Даже себе он боялся признаться, как сильно беспомощность угнетала его. Не раз и не два его посещали мысли о самоубийстве, но удерживало лишь то, что так он только избавит полковника от лишних проблем. С экзоскелетом он снова начал рассуждать как солдат.
Когда к его рукам присоединили планки, Вик внимательно осмотрел все детали. Что же, полковник сделал всё возможное, чтобы узник не сбежал. Все бронепластины были демонтированы, из-за чего остался только основной каркас, а в усилявшие носителя детали были вмонтированы ограничители, сковывающие движения. Без специальных инструментов снять их не представлялось возможным. Полковник мог просто сломать весь механизм, но не стал этого делать. Похоже, он всё-таки надеялся на сотрудничество с Виком в будущем. А значит, шанс вырваться ещё может представиться. Правда, как бить врага в таком виде Вик не представлял. Стоило ему сделать пару шагов, как он понял, что бегать не получится. Ни о каких драках не могло быть и речи. Коммуникатор тоже отключили, так что о спрятанном внутри лезвии придётся забыть.
Пока он думал, на его запястьях успели застегнуть наручники. Володя ухмыльнулся и произнёс:
— Мы хорошенько позаботились, чтобы ты даже помыслить не мог о побеге. Бесполезно, друг. Полковник тобой дорожит, но у любой симпатии есть пределы. Не делай глупостей и всё будет в порядке.