— Сукин ты сын! — завопил Дима. Замахнувшись мечом, он бросился вперёд.
— Не смей! — заорала Вера, повернувшись к Валентайну спиной.
Дальше всё происходило будто в замедленной съёмке.
Тень метнулась к Вере. За мгновение рука девушки, сжимавшая кинжал, отделилась от её тела. Ещё через удар сердца, эта же оторванная рука снесла ей голову.
Меч Димы столкнулся с коротким клинком, принадлежавшим его сестре. Юноша визжал от ярости и отчаяния, нанося удар за ударом, пока труп, выплёвывающий струи крови, падал на землю. С бешеными криками вперёд бросился Витя, обнажив парные кинжалы. Атаковав с двух сторон, братья начали теснить Освободителя к воротам.
Эмма упала на колени и положила руки на то, что осталось от Веры, чувствуя, как тёплая багровая жидкость заливает её с головы до ног. Рядом валялась оторванная голова, на лице девушки застыла страдальческая гримаса. Губы её ещё шевелились. Свет в глазах затухал.
— Ты сможешь её вернуть?
Эмма повернулась. Надя стояла, баюкая в руках палицу, которую подготовила, чтобы ударить ей Валентайна. Казалось, что девушка находится не здесь, а где-то далеко. Голос её был совершенно спокоен, но тело колотило, словно от озноба.
— Я… — заикнулась было Эмма, но Надя помотала головой.
— Не говори ничего. Просто верни её. Прошу тебя. Она моя единственная сестра. Кроме неё у меня никого нет. У меня никого не осталось. Ни отца, ни любимого. Пожалуйста, Эмма. Просто верни её. Забери мою жизнь. Хочешь?
Она сорвала с руки латную перчатку. Ладонь под ней уже начала сохнуть. Протянув её вперёд, Надя дёрнула головой, будто ожидая, что Эмма кивнёт в ответ.
До них донёсся истошный визг. Валентайн вонзил клинок в плечо Димы и ударом кулака отправил его в полёт. Юноша словно тряпичная кукла приземлился рядом с ними. Он всё ещё дышал.
— Уходите, — только и сумел прошептать он, прежде чем обмер.
«Стоп, — сказала себе Эмма. — Обрубить все эмоции, действовать, как холодный автомат».
Поднявшись на ноги, она схватила Надю за руку, подвела её к Диме и прикоснулась к мальчишке.
Процесс пошёл. В сыне Саргия ещё теплилась жизнь. Вырвав кинжал из его плеча, Эмма отдала ему силы Нади, чувствуя, как потоки энергии проходят сквозь неё. Встряхнувшись, Дима вскочил на ноги с резвостью человека, боящегося проспать и услышавшего будильник.
Тем временем Витя, продолжая дико кричать, тыкал в Валентайна кинжалами, пробивая его броню то тут, то там. Эмма и подумать не могла, что тихоня может быть способен на такую ярость. Казалось, вся обида, что он таил на Веру, вылилась в этот поток ударов, которые Валентайн даже не был в состоянии отразить.
И всё же, мальчишка любил сестру, как никто другой.
— Умри! — вопил он. — Умри, умри, умри!!!
Подняв меч, Дима встряхнул Надю и крикнул:
— Идём! У нас ещё есть шанс! Эмма, помоги нам! Попробуй коснуться его! Забери его силу!
Эмма кивнула. Сжав кулаки, она последовала за детьми иммигранта.
Удар мечом раскроил наплечник Валентайна, а палица Нади чуть не снесла ему голову. Он ухнул, отступая назад. Удары кинжалов Вити оставили в его доспехе множество ран, через которые сочилась кровь. Он начал выдыхаться. Казалось, его движения замедлились. Остриё клинка Димы попало в нагрудник, заставив Валентайна потерять равновесие. Ещё один удар палицей от Нади отправил его в нокаут.
— Держите его! — заорал Витя, весь вес направив на одну из рук противника. Надя облокотилась на другую, а Дима наступил Вику на грудь.
— Эмма, сейчас!
Она не заставила себя ждать. Юркнув между детьми Саргия, она стащила с головы Валентайна шлем, обнажив его окровавленное лицо. Коснувшись его щёк, Эмма сказала:
— Теперь ты мой.
Она почувствовала тепло предыдущих прикосновений к капитану. Она ведь знала, что всё это время могла лишить его сил. Даже пыталась это сделать на расстоянии, но думала, что слишком слаба, потому ничего не получалось.
Теперь же она поняла, в чём дело.
Она почувствовала тёмную воронку, из которой невозможно было ничего вернуть. Огромную чёрную дыру, высасывавшую всю энергию из пространства и лишающую её надежд на жизнь.
Она не могла сопротивляться. Силы покинули её, напитав Валентайна. Его раны зажили, лицо приобрело тёплые оттенки. Освободитель улыбнулся.
— Благодарю, — отчеканил он. — Без тебя я не смог бы этого сделать.