Прямой путь до базы занял меньше трёх минут. Сержант обходил коряги и предупреждал о замаскированных ловушках с минами. Даже принцип троицы не спасал бойцов огневых баз от паранойи. Два других аванпоста прикрывали этот. Синегубые просто не могли проскользнуть им в тыл — солдаты заминировали всё, что смогли. Вот только враг отказывался подчиняться логике или здравому смыслу. Способный проникнуть куда угодно, он змеёй скользил меж расставленных ловушек и всегда бил по самому слабому месту.
Над головой просвистели бомбардировщики, превратив горизонт в огненную стену и заставив артиллерию врага заткнуться. Вслед славным орлам Первого Города слышались восторженные крики бойцов. Пехота и летуны — братья навек. Пока одни не начнут по ошибке бомбить других.
«Наступающие синегубые отрезаны от подкреплений. Время добивать остатки и перегруппировываться. Всё не так плохо».
Сержант привёл Вика к оборонительным редутам, установленным возле моста над рекой. Пулемётчики изрыгали ярость из готовых свариться дул, миномётчики посылали один заряд за другим, стрелки палили в зелень почём зря. Все носили защитные наушники, отрезавшие слишком громкие звуки.
«Жаль, мертвецам слух не нужен».
Вик не видел врага. Был ли он вообще? Синегубые могли пощупать оборону артиллерией, послать отряд разведчиков попугать защитников базы, а затем скоро отступить, растворившись во влажных объятиях джунглей.
— На той стороне осталась дюжина наших ребят, — отрапортовал сержант, перекрикивая стрельбу. Он казался совсем зелёным, готовым запаниковать в любую минуту. Всему взводу повезло, что Вик оказался рядом. — Похоже, у них накрылись коммуникаторы, так как на приказ об отступлении они не отреагировали.
— Кто же его отдал?
— Воительница, — фыркнул сержант, будто ответ казался очевидным. — Полчаса назад. Этот регион бросают. Восьмая армия уходит на восток. Все аванпосты должны быть уничтожены.
— И сразу появляются синегубые, не нападавшие две недели. Вовремя. Вызывайте вертушки, пусть подавят остатки сопротивления. Потом валите отсюда.
Сержант страшно улыбнулся, будто остатки его здравомыслия готовы закончиться.
— Мы вас потому и позвали, кэп. Вы единственный офицер. Лейтенант, услышав о приказе, сразу же свалил на единственном вертолёте. Только вы можете вызвать эвакуацию. Потому что без командира формально мы дезертиры.
«Всё правильно. В обычной ситуации они бы уже сами форсировали мост, вытащили своих из бункера и вернулись обратно. Но какой смысл терять жизни понапрасну, когда командование их просто бросило? Хорошо, что бомбардировку может вызвать даже сержант — иначе бы все пропали. А катер они пошли встречать не из-за подкреплений. Хотели его угнать, да передумали».
Вик активировал коммуникатор и вызвал первый контакт из списка. Раздался резкий женский голос.
— Я слушаю.
Капитан тут же представил её выточенное аристократическое лицо с большими зелёными глазами и длинными чёрными волосами, собранными в тугой хвост на затылке.
— Говорит капитан Валентайн. Я на базе Древесный Пик. Вы отдали приказ об отступлении с юго-западного направления, но здесь ещё остались солдаты. Без лейтенанта. Присылайте эвакуацию. Синегубые вовсю бушуют, грозятся вернуть отобранные земли.
После секундной паузы, Воительница ответила:
— Седьмой канал. Код доступа: альфа-зелёный-четыре.
Вик ввёл данные в коммуникатор.
— Вертолёты прибудут в течение пяти минут. Нужные тебе люди ещё на базе?
— Сначала я вытащу их из передряги. Потом начну спрашивать имена.
Воительница отключилась без лишних слов. Наверняка она ожидала более тривиального рапорта. Не каждый день опытного бойца с самым передовым оружием посылают на спасательную миссию.
Сержант округлившимися глазами смотрел на Вика.
— Никогда не видел, чтобы кто-то так разговаривал с принцессой, — сказал он.
— Я подчиняюсь только королю, — произнёс Вик. — Прикажи-ка своим молодцам перестать палить.
— Прекратить огонь! — заорал сержант.
Секунду спустя замолкла последняя винтовка, и капитан взял автомат на изготовку. Ни единого выстрела не раздалось с той стороны. Впрочем, бункер, где располагались солдаты, тоже молчал.