Выбрать главу

Вик наклонился к трупу жреца и внимательнее рассмотрел распятие. Боевой крест. С широкими верхними и боковыми лучами и острым концом снизу, он символизировал готовность к действию, к войне. Если на обычном распятии мессия задирал руки, то здесь они лежали вдоль двух диагонально смотрящих вниз острия. От боевого креста отказались в армии годы назад. Церковь сказала, что вера солдат стала слишком бесчеловечной, жестокой. Боевой крест только это подчёркивал. Видимо, у Сайруса он сохранился ещё с тех времён.

— Насиф, что он делал, когда ты пришёл? Что здесь произошло? — тихо спросил Вик.

Шаман почесал лоб рукояткой пистолета, оставив алую царапину.

— Они привели меня сюда, и я начал говорить о перемирии. Это были офицеры из Караса. Не из Большой Пятёрки, но всё равно очень близкие к старейшинам. Они ничего не хотели слушать.

Сайрус замер на месте, не издавая ни звука. Казалось, он не хотел пропустить ни одного слова Насифа:

— Вон тот выхватил пистолет и наставил на меня. Я его попытался разоружить, он спустил курок и попал в другого офицера. Это… это большой грех, когда стреляешь в братьев по крови.

— Они были родственниками?

— Нет. Они вместе прошли множество сражений, стали частью общего организма, мира, — шаман замахал руками, не находя слов. — Один видел то же самое, что и другой. Мне трудно объяснить.

— Ты застрелил остальных?

— Кодекс требовал, чтобы я убил их голыми руками.

— Ты их что, забил насмерть? — Вику история казалась чушью, достаточно безумной, чтобы оказаться правдой. — И они позволили?

Шаман посмотрел на сбитые костяшки кулаков.

— Просто они забыли, что значит быть воином.

Вик почувствовал, что Насиф не договаривает. Что-то произошло здесь. Что-то ещё, намного важнее, чем просто переговоры о мирном решении конфликта.

Насиф спровоцировал эту драку. Он не простил солдатам казнь мирняка. И использовал Вика, чтобы убрать всех остальных. Нет, он не был предателем. И всё же использовал отряд и миссию в своих целях. Вик не мог его винить. В конце концов, он сам пришёл сюда с корыстным умыслом.

— Этот первенец сидел на полу почти всё время. Когда же все погибли, он набросился на меня.

— И он выстрелил, — раздался за спиной голос.

Вик обернулся и увидел у входа Ли, Эмму и Саргия. «Всё-таки выжили».

— Прошу в следующий раз не бросать меня на произвол судьбы, — произнесла медичка, входя в храм. Ли шёл следом за ней, Саргий задержался. Повернувшись на секунду, он сделал зовущий жест рукой и сказал:

— Не бойся, заходи!

Через несколько мгновений на пороге показался смуглокожий мальчишка лет одиннадцати в перепачканной рубашке, с обросшей головой и испуганными глазами. Схватившись за огромную руку Саргия, он ни на шаг не отходил от иммигранта.

— Почему вы покинули позиции? — спросил Вик. — У врагов может быть подкрепление.

— Не будет никакого подкрепления, сэр, — сказал Ли. Он был с ног до головы покрыт кровью. Судя по весёлому тону, чужой. — Я допросил парочку раненых. Больше никого и нет. Мы всех убили.

От этих слов лицо Эммы скривилось в гримасе отвращения.

— Если бы пацан не предупредил, — Саргий кивнул на Ли, — меня бы точно застали врасплох.

— А ребёнок откуда?

— Нашёл под одной из хижин, — иммигрант нахмурился. — Чудом его не зацепил.

— И зачем он нам?

— Мы же не можем его просто здесь оставить, капитан? — медичка упёрла кулаки в бока. — Мы же не звери.

Шаман подошёл к мальчишке и произнёс несколько фраз. Мальчик тихо ответил, не отрываясь от Саргия.

— Он говорит, что он из деревни на юге, — сказал Насиф, не сводя глаз с пацана. — Один из выживших. Говорит, что солдаты привели его с собой сюда.

«С какой только целью?»

— Кто этот парень? — поинтересовалась Эмма, подходя к Сайрусу и вытаскивая из сумки бинты. Вик жестом остановил её.

— Человек, который показал, как нужно казнить жителей той деревни.

Лицо медички мгновенно ожесточилось. Сжимая и разжимая кулаки, она сделала несколько шагов назад. Сайрус, наконец, вышел из оцепенения.

— Вы пришли, чтобы забрать меня домой? — спросил бывший сержант.

— Вызовите Марцетти, — приказал Вик. — Нужно, чтобы он пригнал сюда катер.

— А он уже здесь, капитан, — проговорил Ли. — Выгляните в окно.