— Будь сильным, скоро мы дойдём.
Теперь же, когда столько людей погибло, а другие откололись, Серёжа всё меньше верил в успех их похода. Папа всё рассказывал про Рай, в котором они не будут ни в чём нуждаться, в котором они «заживут как боги». Похоже, что и взрослые перестали верить. Особенно полковник Черченко. Серёжа заметил: если раньше его бойцы смешивались с толпой, то теперь они всегда садились отдельно от всех. Держа винтовки под рукой, казалось, что они всегда чего-то ждали.
В их группе осталось едва больше сотни человек. И хоть остальные ещё шли следом, Серёжа почувствовал: если они не дойдут уже за эту неделю, что-то случится.
Дошли они на следующий день.
Огромные ледяные просторы ждали их впереди, не прикрываемые никакими лесами или ландшафтом. Снежная метель рисовала причудливые узоры в воздухе, манящие и обманчивые. За стеной из белизны не видно было ничего.
— Вот и оно, — сказал папа, разводя руками. Повернувшись к группе, он крикнул: — Я ведь говорил, что всё закончится.
Никто не отозвался. Люди ёжились и озирались по сторонам. Казалось, холод пробивал даже термокостюмы, залезал во внутренности и обосновывался там. А может, то был обыкновенный страх перед неизвестностью. Серёжа прекрасно понимал, что это такое. Последнее время он только этим ощущением и жил.
— Бросайте вещи! Бросайте палатки и припасы! Они больше не нужны! Мы пришли, как я и обещал. Осталось сделать последний рывок. Сделать так, чтобы нас заметили. И тогда этот ужас закончится.
Никто не сдвинулся с места. Люди продолжали стоять на своих местах. Даже мама, всё это время поддерживавшая папу, не пошевелила и пальцем. Ощущение неловкости заполняло пространство, начиная давить на присутствующих со всё большей силой. Пока вперёд не вышел полковник и не сказал:
— Николас, всё кончено. Это конец пути. Я устал слушать твои сказки.
Папа стоял на месте. Под маской Серёжа не видел выражения его лица, но он готов был поклясться — он улыбался. Папа развёл руки и во всеуслышание заявил:
— Полковник, ты ведь прекрасно знаешь, что это не сказки. Всё произошло так, как я и рассказывал. До Первого Города рукой подать! Я вижу его контуры отсюда! Неужели только я один?
— Помолчи, сделай милость, — буркнул полковник, затем повернулся к группе и произнёс: — Собирайте вещи. Мы идём обратно. Объединимся с остальными группами, начнём строить поселение. Я уже отметил на карте несколько удачных мест.
Папа быстро прошагал к полковнику и перехватил его руку:
— После стольких жертв ты хочешь пустить всё псу под хвост?! — прошипел он. — Не смей, заклинаю тебя, не смей уводить их туда. Они погибнут! Подумай, какой грех ты возьмёшь на себя только потому, что тебе не хватило веры!
— Веры, говоришь? — сказал полковник, оттолкнув от себя папу. — Правильно. Мы же всё бросили только из-за твоих речей об этом дурацком городе. Но я ничего не вижу. Ты понимаешь, что ты привёл нас на край света, а теперь просто показываешь на пустоту и говоришь, что мы должны потерпеть ещё, чтобы всё закончилось? Это бред собачий. Я конфискую твою машину. Мы оторвались от столицы. Мы сможем обосноваться здесь. Мечтать, конечно, хорошо. Но мечта мертва. И скоро вместе с ней умрём и мы, если не начнём решать головой, а не сердцем.
Папа зарычал, развернулся и пошёл прочь. Махнув рукой, он крикнул:
— Бросьте всё это! Проявите чуточку веры — и всё это закончится!
Черченко вытащил из кобуры пистолет и взвёл курок. Даже за воем метели Серёжа услышал щелчок. У него всё замерло. Мама попыталась схватить полковника, но её оттащили солдаты. Вопя и пинаясь, она прокричала:
— Серёжа, не смотри!
Но Серёжа не мог оторвать глаз. Полковник прокричал:
— Не заставляй меня делать это!
Папа, пошатываясь, продолжал брести вперёд, не обращая на окрики внимания. Полковник поднял пистолет. Отовсюду начались крики, кто-то попытался броситься на полковника, как мама, но солдаты быстро пресекли эти попытки.
Прогремевший выстрел заглушил резкий глухой удар.
Серёжа обомлел. Существо перед ним, казалось, вылезло прямиком из легенд. Не меньше двух метров ростом и упакованное в древние доспехи, оно смотрело прямо на Сергея своими немигающими голубыми глазами, видневшимися сквозь разрез шлема. За спиной твари развернулись два бритвенно-острых металлических крыла. Дрожа от ужаса, Сергей опустил взгляд и увидел раздавленную когтистыми ногами чудовища кучу мяса. Всё, что осталось от полковника.