Глава 9
Изменения, которые с момента возвращения в Москву произошли с Димой, не могли не волновать Анжелику. Конечно, они ее очень волновали, но только в хорошем смысле. Видимо тот вечер, когда Лика не смогла больше сдерживать своих переживаний по поводу того, как Дмитрий относится к внушительным переменам в своей жизни, а именно, не вполне серьезно воспринимает свой новый статус семьянина, принес свои плоды. А Лика уже смирилась с тем, что ее решение пойти навстречу мужу было очередной ошибкой. Но нет. Дмитрий вовремя поспешил разуверить ее, причем не убеждениями и обещаниями, а делом. Его отношения с сыном не стояли на месте. Он уделял ребенку столько времени, сколько, пожалуй, ни один бизнесмен-трудоголик, а тем более мастер, не смог бы выкроить из своего плотного графика. Но, как бы то ни было, Соколов опроверг эту теорию.
Вот и сейчас Дмитрий вместе с сыном шли по направлению к Лике, только что прокатившись на одном из Диснеевских аттракционов. Да-да, Анжелика все-таки согласилась поехать с Дмитрием в Нью-Йорк, а, покончив с делами, Дмитрий устроил настоящий сюрприз, привезя семью в Анахайм, вместо того, чтобы вернуться в Москву. А какая бы мать не согласилась поехать в командировку с мужем, увидев, как ее ребенок расстраивается при мысли, что если папа уедет по делам, то он опять потеряется. Именно так Лика решила объяснить Диме, почему папы так долго не было в его жизни. Однажды папа потерялся в городе, где они с мамой жили в то время. А мама была очень глупой и мнительной девочкой и подумала, что папа ее бросил. Но папа на самом деле этого не делал (ага, как же) и все пять лет искал маму, даже не подозревая о том, что у него есть сын, Дима. На вопрос почему же мама сама никогда не искала папу, Лика смогла ответить не сразу, но, взяв себя в руки, сказала, что, во-первых, все еще считала, что это именно папа не хочет ее больше знать, а во-вторых, появился он, Дима, и на какие-то прочие заботы у нее просто не осталось ни сил, ни времени, что было недалеко от истины. От вранья сыну Лику то и дело передергивало, но делать было нечего. Никто из родителей не осмеливался сказать сыну правду, да и какой может быть правда, когда у каждого есть ее собственная версия? Двое взрослых вампиров не могут разобраться в своих отношениях, а что уж говорить о ребенке, который кроме ощущений и чувств матери и отца, ничего понять не сможет. Да тут и эмпатом быть не нужно - любой смертный, оказавшийся между этими двумя, почувствует в напряженном до предела воздухе дрожь недоверия со смесью обиды и недоговоренности.
- Мам, ну улыбнись! Ну пожалуйста. - захныкал Дима, схватив Лику за руку своей маленькой ладошкой. - Мы с папой купили тебе сладкой ваты. - гордо заявил малыш, протягивая маме сладость.
- Спасибо, дорогой. - улыбнулась Лика, понимая, что ее фальшивая улыбка не сможет обмануть наделенного таким даром ребенка.
Дмитрий же чувствовал себя как рыба в воде. Он наслаждался каждой минутой, проведенной рядом с сыном. А когда Соколов ненароком ловил на себе подозрительный взгляд жены, то отвечал ей столь же красноречивым взглядом, в котором так и читалось: 'это твоя вина' или 'я просто хочу наверстать упущенное'.
- А что будет, когда тебе надоест все это? - Лика не смогла удержаться от вопроса, мучавшего ее все время пребывания в Америке, когда они остались наедине в люксе пятизвездочного отеля. Диму уже уложила няня, которую взял с собой Дмитрий, не обращая внимания на всевозможные доводы и попытки помешать ему сделать это со стороны жены.
- Я вроде бы не давал тебе повода усомниться во мне, милая. - развязывая галстук, хрипло проговорил Дмитрий, не спуская глаз с жены, которая выглядела чертовски привлекательной в синем, ничем непримечательном платье. Впрочем, подумал Соколов, она будет намного привлекательней без него. - Отвечая на твой вопрос, мы найдем выход.
- Ко мне это не относится.
- Да ну? Ты могла и не ехать со мной, оставшись в Париже со своим дружком Крисом, но вместо этого ты здесь, со мной, и именно ты предложила мне такие невыгодные, а может и наоборот выгодные условия, как например не заводить интрижек...
- Это только ради Димы. Мне абсолютно все равно, ходи ты хоть налево, хоть направо, хоть наискосок. - но слова Лики прозвучали совсем не так уверенно, как она того хотела.
- Я обязуюсь покупать тебе самое дорогое белье, а ты, в свою очередь, получишь незабываемый секс и жизнь, которой позавидуют многие женщины.
- Что?! - Лика уставилась на невозмутимое лицо Дмитрия, пытаясь понять, было ли сказанное им шуткой.
- Ну же. Разве ты этого не хочешь? - нагло продолжал Соколов. - Ты могла попытаться сбежать, но ты взяла сына и приехала сюда. Совершенно очевидно, что ты хотела меня так же, как и я тебя.
- Неправда! - вырвалось из Лики. Она еще сама не знала, что больше всего ее шокировало: то, в каком свете видел все это время ее условия Дмитрий или его признание в том, что он непрочь заняться с ней любовью.
- Ты можешь отрицать это сколько угодно, но твои глаза говорят сами за себя.
- Заткнись!
- Даже злясь на тебя, я не могу не желать тебя.
Отлично, - обреченно подумала Лика. - к списку мерзких и отвратительных чувств, что Дмитрий испытывает ко мне прибавилось еще одно - барабанная дробь и - и это похоть! Нет. На такое она не может согласиться. Все это повлияет на Диму. Если она вновь сойдется с Соколовым, сын привыкнет видеть родителей вместе. А как он отреагирует на их разрыв, как переживет его?
- Вступать в такие отношение, значит причинить вред Диме. - чуть слышно проговорила Анжелика.
- Я уверен, что ты сделаешь над собой усилие и будешь впредь честна со мной и мы сможем избежать появления подозрительных 'лучших друзей', на которых ты набрасываешься, как на пинту крови после недельной голодовки.
- Да лучше я сдохну от голода, чем позволю себе вновь попасть в коварные руки парня, который рвет со мной отношения из-за ерунды! - выкрикнула девушка.
Дмитрий резко притянул ее к себе.
- Что ты делаешь? - не понимая, что творится с ней самой, спросила Лика.
- Ты уже в моих руках. - усмехнулся Дмитрий, запуская пальцы в волосы жены и захватывая ее губы в собственническом и властном поцелуе. - Мне всегда тебя мало.