— Здравствуй, Альбиар, — сдержанно поздоровалась Саша.
— Та-ак! Это и есть мои дети? — спросил он, потирая руки и оглядывая нас, как кот мясной ряд.
Я сглотнула. Сейчас бы плюшевую игрушку обнять, как на просмотре фильма ужаса. Жаль, но рядом стоит только Роберт.
— Это возможные наследники престола Мурона. Познакомьтесь, это Альбиар Лингис, наш друг и соратник, — представила Саша этого странного дядечку.
— А также почти ваш родственник, пусть и не по крови, — рассмеялся он.
— Альбиар, это граф Питер Олдридж, леди Кейтлин Саммерс, принцесса Шанти Тигер, лорд Роберт Винсент Эшер III и моя племянница, принцесса Микаэла Ромеро.
Я улыбнулась одним уголком губ.
Мистер Лингис удивленно вздохнул и взял мои руки в свои.
— Дочь самого Галена Ромеро! Мадмуазель, несказанно рад нашему знакомству.
И, как бы мне не хотелось этого говорить, но он действительно поднес мою руку к губам и протяжно так ее поцеловал. Мне потребовалось очень много усилий, чтобы не плюнуть в антикварную вазу.
— Один из них, — увела его от меня Саша. — станет следующим правителем Мурона.
— Чудесно! Тогда я и мой секретарь, — он указал на второго мужчину. — хотим поскорее узнать вас поближе.
Все последовали в соседнюю комнату — банкетный зал, а я специально немножечко отстала и, когда комната опустела, подлетела к вазе, вынув оттуда цветы, и опустила руки в воду, тщательно потирая ту, на которую этот мистер Лингис пускал слюни.
Добежав до остальных, я встала в дверях вместе с Кейтлин, которая ждала, пока закончат сервировку стола.
— Почему руки мокрые? — спросила она.
— Это? — я посмотрела на свои ладони. — Так… обед же, перед приемом пищи всегда нужно мыть руки.
Она хмыкнула, но не возразила.
Все уселись за длиннющий стол в просторной комнате, хотя наша столовая мне нравилась больше. Почетный гость сидел во главе стола, а справа от него секретарь, Саша — с другой стороны. Я сидела между Кейтлин и Робертом напротив Шанти и Питера.
Первым блюдом был какой-то чересчур жидкий суп, слегка мутноватого цвета в серебряной тарелке. Я уже выучила все вилки и ложки, что для чего предназначенной, поэтому беспрепятственно взяла ложечку для супов и окунула ее в жидкость.
Честно сказать, вкус мне совсем не понравился. Ладно бы я хоть что-то знакомое почувствовала, но здесь одна химия со вкусом жидкости для мытья посуды.
Я скривилась и подняла голову, глядя на Кейтлин, она в свою очередь смотрела на меня и краснела. Я опустила глаза на ее руки, опущенные в этот самый суп, и поняла, что завалила важную встречу в самом ее начале.
В зале повисла тишина, все напряженно смотрели на меня, пока мистер Лингис звонко не рассмеялся, а за ним подтянулись и остальные, нервно хихикая.
— Помните, как Гален так же начал есть принесенное мыло?! — смеялся он.
Саша посмотрела в тарелку и улыбнулась.
— Не будем о грустном, — уже без улыбки сказал мистер Лингис.
Я кивнула и опустила руки в холодную воду.
Теперь же перед нами была тарелка с трехслойным блюдом: нежный соус, грибы и растопленный сыр, все вместе это называлось жульеном. Но мне, как единственной в замке аллергенной особе, сделали особенное блюдо без грибов.
Я выбрала вилку, пока за столом нарастал шум разговора, почти коснулась ею сыра, но тут на меня зашипела Шарлотта с противоположного конца стола. Посмотрев на ее пальцы, я заметила, что выбрала неправильный прибор. Закатив глаза, я положила вилку на место, смахнув локтем три остальные. Это видел только Роберт, на ногу которого все и полетело, и Шарлотта, внимательно следившая за мной. Думаю, в этот момент она приложила ладонь ко лбу и зажмурилась.
Я повернулась на стуле и наклонилась, чтобы собрать упавшие приборы. Моя задница случайно отклячилась дальше, чем нужно и подвинула стул Кейтлин. Девушка подскочила и повернулась ко мне. Где-то из-под стола я прокричала: «Извини», и продолжила искать все вилки.
Еле дотянувшись до последней, я выпрямилась слишком рано и треснулась головой об стол, он подпрыгнул вместе со мной, но ни один бокал не перевернулся. Выпрямившись, я положила все вилки на место и откашлялась. В зале вновь наступила тишина, и все взгляды устремились в мою сторону. Не смотря ни на кого, я взяла бокал с шампанским и сделала маленький глоточек.
Остаток банкета прошел значительно лучше, нежели его начало. Если не считать то, что я пролила черничное варенье на белоснежную рубашку Роберта. Это вышло совершенно случайно, я потянулась за самим вареньем, а он в это же время за круассаном. Наши руки столкнулись, и я не удержала формочку, слегка ее перевернув. В другой обстановке он бы точно на меня накричал, но сейчас Роберт вел себя благородно и даже слова мне не сказал.