— Мисс Ромеро, скажите, — обратился ко мне мистер Лингис, пока я щедро намазывала на хлеб варенье. — могу я вас звать просто Микаэлой?
— А! — отмахнулась я, откусывая кусочек. — Мофете зфать меня пфосто Микки, — жуя, ответила я.
Кейтлин молча протянула мне салфеточку, чтобы я вытерла рот от джема.
— Хорошо. Микки, скажите, давно вы планировали стать королевой?
Почему у него интерес только к моей персоне?
— Нет, совсем нет. Я даже принцессой становиться не хотела.
— Понимаю, ни одна королевская кровь не хочет таковою являться. Это слишком сложно, но в тоже время почетно.
— Да нет, вы не поняли. Я даже не знала, что являюсь принцессой.
Шарлотта слегка кашлянула и посмотрела на меня, еле заметно пригрозив кулаком. Ясно, намек понят, нельзя болтать лишнего.
— Вот как! Но что вы сейчас думаете по этому поводу?
— Я… — я посмотрела на Шарлотту. — я счастлива, что смогу послужить на благо обществу.
Шарлотта кивнула и убрала руку от рта.
Больше мистер Лингис меня не спрашивал, решил разузнать побольше о выводе новой породы лошадей на Муроне, так что оставшуюся еду я доела в спокойствии. Но, когда уже был красный закат, Саша заставила всех выйти на улицу, чтобы пообщаться с другими гостями. Я, конечно, знала, что на заднем дворе готовится какое-то торжество, но никак не предполагала, что будет столько народа.
По всей лужайке были выставлены шведские столы, сцена, белые гирлянды развешены на деревьях, а людей здесь как в кинотеатре на день премьеры. Оказывается, праздновать день Мурона собралась вся элита королевства. Были приглашены графы и их жены, лорды со своими детьми, даже журналистов позвали.
Я ходила по зеленой короткой траве, вдыхая прохладный вечерний ветер. На сцене стояла Саша и что-то объявляла, ребята тоже толпились среди гостей, а мне сейчас не хватало немного тишины и одиночества, все эти дни соревнования слишком шумные, не для меня это.
Вспомнив сегодняшние проколы на не таком уж и важном мероприятии, я вдруг подумала, что же будет, если я стану королевой и пойду на переговоры с правителями других государств? Да я же всю резиденцию спалю! Что-то мне подсказывает, что все люди, присутствующие здесь, прекрасно это понимают. Возможно, принцесса из меня никакая, а королева будет еще хуже, но уходить я не собираюсь точно. Хотя бы на зло всем. Ну еще Саша обещала в конце соревнования бал, а мне же нужно вывести Сену в свет.
— Мисс Ромеро! — окликнули меня.
Я обернулась и увидело бежащего мистера Лингиса. Он поравнялся со мной, совсем не запыхавшись.
— Микки, хотелось бы с вами поговорить.
— Конечно.
Вот тебе и побыла в одиночестве.
Мистер Лингис указал рукой на дорожку, и мы вместе медленно побрели по тропинке.
— Знаю, вам тяжело, но все же сожалею о вашей утрате.
— Утрате? — не поняла я.
— Да… Ваш отец…
— А! — дошло до меня. — Конечно. Ничего страшного. Спасибо.
— Вы, наверное, были с ним очень близки?
— Не так уж и близки.
— В каком смысле?
— Вы же слышали, о чем я говорила во дворце. Мне сказали, что я принцесса совсем недавно.
— Он просто хотел вас оградить от этого всего, не стоит на него злиться.
— Я и не злюсь.
Как можно обижаться на человека, которого ты ни разу в жизни не видела.
— Странно, что Гален ото всех скрыл свою дочь, — задумчиво проговорил мистер Лингис.
— Вы же сами сказали, он хотел меня уберечь.
— Конечно. Вы на него похожи. И править будете так же?
— А вы продлите торговые отношения с Муроном? — вопросом на вопрос атаковала я.
— Безусловно, — улыбнулся он. — Я и не собирался их прекращать.
— Зачем же вы тогда приехали, если вам не о чем было доложить?
Обернувшись назад, я заметила, что секретарь мистера Лингиса следует за нами и что-то записывает в большой блокнот.
— Хотел познакомиться со всеми претендентами на трон Мурона. С кем-то же из вас я должен буду подписать дружеский договор. Но, — шепотом сказал мистер Лингис, наклонившись ко мне. — строго между нами, я буду болеть за вас.
— Вот как. Почему?
— Я считаю, что трон должен передаваться по наследству, а вы прямой потомок Галена. Совсем не понимаю, к чему это состязание. К тому же вы, Микки, молоды, красивы и умны, с вами будет легко работать.