В том месте, которое, как он знал по разведочному рейду «Пенной девы», находилось почти у самого лагеря фридийцев, Рохан дал сигнал остановиться. Его боевые коты, почти невидимые на снегу, прижались чуть ли не вплотную к нему.
— Держитесь рядом, — приказал он людям. Дордан и Касер, каждый из которых командовал отрядом пехотинцев, ухмыльнулись.
— Мы знаем, что делать, — раздраженно бросил Яобим.
Это был еще один закаленный ветеран, который сражался рядом с Оберном, а теперь служил сыну Оберна. Рохан не разрешил себе обидеться.
— То, что вы сейчас здесь стоите, — любезно проговорил он, — это доказывает.
Он адресовал им обезоруживающую улыбку. Нельзя допустить, чтобы Морские Бродяги относились к нему, юнцу, лишь недавно взявшему в руки оружие, с презрением, а эти независимые люди вполне были на такое способны. Если они решат, что он чересчур высокомерен, то бесцеремонно лишат его звания и изберут себе другого предводителя, не обращая внимания на то, как другие командиры Четырех Армий относятся к его родству со Снолли. Он мрачно подумал, что в таком случае первый адмирал только одобрил бы отстранение его от обязанностей и даже не подумал бы сочувствовать внуку, совершившему какой-то глупый, по мнению Снолли, поступок.
— Спишите это на мое волнение, — добавил он.
— Ты о нем забудешь, как только начнется бой, — сказал Кассер.
Он махнул топором, раздвинув губы в кривой и довольно жестокой улыбке. Он отказался от боевых перчаток, и теперь, наверное, пальцы его сводило от холода, но хватка оставалась крепкой.
— Почему бы не начать сейчас же, — грубовато проговорил Яобим. — Давай сигнал.
— Мы выйдем на окраину их лагеря и убьем тех, кто там окажется, а потом ворвемся в центр и постараемся наделать как можно больше шума. — Рохан обнажил меч и тоже решил обойтись без перчатки. Еще несколько секунд, и он уже вполне согреется. — Вперед! — скомандовал он.
Только один ледяной дракон опустился на снежную массу, которая скатилась с вершины горы. Снег все еще шевелился, но тяжелое туловище дракона примяло его и остановило всякое движение. Чудовище расправило свои огромные крылья. Из-под них посыпался снег. А потом дракон открыл пасть, издав звук, похожий на рев бури. Новая струя снега и льда ударила из пугающего провала его глотки.
«И это, — подумал Горин, — только одна из тех опасностей, которые нам сегодня угрожают». Не взяв с собой большие арбалеты и катапульты (по приказу Харуза, как теперь вспомнил он), его люди оказались беспомощными перед драконами. Придется биться с ними тем оружием, которое есть. Внезапно ему пришла в голову мысль, что все-таки есть шанс справиться с этими тварями с помощью копья или стрелы. Этой идеей он был обязан Рохану. Копье или стрела… Но битва приближалась, и он отвлекся от этой мысли.
Раджиш и Финола, казавшиеся крошечными рядом с огромным драконом, бросились вперед, не дав Горину возможности их задержать. Хотя громадный зверь мог раздавить их ударом одной когтистой лапы, они не колеблясь начали атаку.
Один кот — на этом расстоянии Горин уже не мог их различать — бесстрашно прыгал рядом с драконом, дразня его и отвлекая внимание. Гигантский ящер, яростно взревев, замолотил своим ужасным хвостом. Боевые коты тоже били хвостами и вызывающе рычали. Внимание дракона и его всадника сосредоточилось на том коте, который стоял перед ними. А второй тем временем зашел сбоку, держась на расстоянии от тяжелого хвоста, и одним прыжком вскочил ему на спину. Когти и зубы впились в бок дракона в том месте, куда его лапы и морда достать не могли. Дракон задергался в бессильной ярости, и его рев уже не сопровождался потоком льда. Теперь, когда внимание чудовища сосредоточилось на втором коте, первый атаковал его точно таким же образом, вонзая когти и клыки в тех местах, где можно было добраться до драконьей плоти. Зверь обезумел от злости и боли, безуспешно пытаясь сбросить своих мучителей.
— Вперед! — крикнул Горин.
Рядом с ним знаменосец взмахнул его флагом, и нордорнцы бросились в атаку, держа наготове мечи и копья. Латром не отставал от остальных ни на шаг.
Перед лицом стольких врагов дракон смешался и отступил. Возможно, как и тот, которого убил Рохан, он не привык к решительному сопротивлению. Тем не менее он продолжал сражаться и далеко не был побежден. Его огромные лапы взметнулись — и люди начали падать. Всадник поднял тонкий металлический прут, из которого вырвался голубоватый туман. Там, где этот туман достигал нападавших, люди начинали падать, кашляя так, словно у них разрывались легкие. Однако нордорнцы продолжали наступать.
Один отважный воин, задыхающийся от ядовитого тумана, нырнул под расставленные лапы дракона, ища уязвимое место.
Всадник выкрикнул какой-то приказ, и дракон, взмахнув огромными крыльями, начал подниматься с того места, на которое приземлился. Люди отпрянули в стороны. Боевые коты спрыгнули на землю и понеслись вниз по снежному склону, воинственно распушив хвосты. Оказавшись вне пределов досягаемости когтей и ледяного дыхания огромной твари, они остановились, припали к земле и угрожающе завыли.
Пока нордорнцы и ренделцы сражались с драконом, вражеские солдаты далеко продвинулись вниз по дороге, прорезанной в противоположном склоне горы.
— Займись ранеными, — приказал Горин Себастьяну, а потом повернулся к Гиннелу. — Совершенно очевидно, что нам устроили засаду. Теперь я опасаюсь за Рохана.
Гиннел стиснул рукоять меча.
— Мы можем обойти фридийцев по горной дороге. Я заходил в эту долину, но с севера. Теперь я узнал эти места. Фридийцы находятся на недавно проложенной дороге. Однако существует еще одна, более старая, выше по склону. Если нам удастся на нее попасть, то мы сможем соединиться с отрядом Рохана.
— Я их задержу, чтобы они вас не остановили. Удачи тебе, кузен.
— И тебе тоже.
Они пожали друг другу руки. А потом, оставив позади почти половину нордорнцев, Гиннел ринулся к левой стороне долины. Боевые коты неслись впереди него. Спустя несколько мгновений Горин увидел, что некоторые из фридийцев, шедших в первых рядах, поспешно начали взбираться выше, явно намереваясь перехватить отряд Гиннела. Однако большинство, не поняв, что происходит, продолжали идти своей дорогой. Горин понимал, что если Гиннелу удастся миновать авангард, то у него есть неплохой шанс успеть на подмогу Рохану. Все будет зависеть от того, сможет ли его собственный отряд сдерживать первую волну захватчиков достаточно долго, дав тем самым Гиннелу время уйти.
— В атаку! — крикнул Горин, направляясь к тому месту, где должна была начаться самая жаркая схватка, но Латром остановил его, схватив за руку.
— Вы нужны не там, — сказал Латром. — Пожалуйста, вернитесь назад и займитесь Харузом. Похоже, с ним что-то случилось: вид у него ошарашенный. В любом случае нордорнцы не смогут долго сдерживать фридийцев без подмоги, а ренделцы в замешательстве. Окажите мне честь, позвольте командовать нашими людьми до тех пор, пока вы не вернетесь с подкреплением.
Горин пристально посмотрел на своего бывшего капитана, а потом кивнул, соглашаясь с ним.
— В Крепости Дуба ты — мой заместитель, — объявил он. — Командование сейчас переходит к тебе.
— Положитесь на меня, — отозвался Латром. Издав свой басовитый, раскатистый боевой клич, он побежал вперед. Следом за ним устремился его личный отряд. Горин знаком показал Раджишу и Финоле, чтобы следовали за Латромом.
Вскоре люди Латрома уже начали бой с захватчиками, которым теперь пришлось защищаться. Гиннелу с его людьми удалось отбиться от немногочисленных противников и выйти на расположенную выше дорогу. Боевые коты, войдя в раж, оглашали морозный воздух воинственным рыком. Время от времени в шум боя вплетались крики вражеских воинов, почти мгновенно обрывавшиеся.