Ворон каркнул с явным оттенком насмешки.
– И спасибо, – опомнилась я.
– У вас определённо есть нечто общее, – заметил ворон. – Едва выжила, но первое, чем интересуется, это тем, как тут всё устроено!
– Умолкни.
К моему превеликому изумлению сработало, ворона маг утихомирил так же легко, как и окружающий лес. Впрочем, если он его магический питомец… И тут я заметила, что ни единого кольца или другого украшения на некроманте больше не было.
– Ты без?..
Дариан проследил за моим взглядом и понимающе качнул головой.
– Сюда нельзя пронести артефакты.
– А как тогда он может тут находиться? – удивилась я, показывая на ворона, который всё ещё молча цеплялся когтями за плечо некроманта. Вот уж диво дивное. – Если он тоже арте…
Мои слова прервало рычание.
Позабытая всеми поляна со световой сеткой приняла точно такой же изначальный вид, как и лес до нашествия корней. А шестилапый зверь преспокойно выбрался наружу. И вновь устремился к добыче.
Скорость прыжка была такая, что я не успела ничего сообразить, лишь качнулась в сторону, пытаясь увернуться. Оскаленная пасть мелькнула перед глазами… и с силой ударилась о ярко-зелёную сферу, окружившую меня.
Ворон завис в воздухе надо мной, раскинув крылья, полыхающие тем же изумрудным оттенком, а Дариан стоял, вытянув руку в мою сторону.
Энергия броска отшвырнула зверя от сферы, но он тут же вскочил на лапы и, мгновенно сориентировавшись, атаковал более доступную цель. Я подавилась криком ужаса, когда чудовище кинулось на Дариана.
Маг быстро отклонился назад, и когти зацепили лишь рубашку. Послышался треск распарываемой ткани, и нападавший вновь потерял равновесие, не нанеся ожидаемый удар. Зверь и человек на секунду застыли друг напротив друга. И в ту же долю мгновения я поймала себя на ощущении… что они были чем-то схожи. Точно так же, как и монстр, маг был здесь словно в своей стихии.
А затем Дариан выпрямился и что-то скомандовал. Слов я не разобрала.
Корни десятками и сотнями вновь рванулись вверх. Но на этот раз атаковали они зверя. Монстр заревел, кружась на месте, но тщетно – как он не отбивался, его быстро спеленали, вжимая в землю, не давая больше шевельнуть ни единой конечностью. Взрыхлённая почва начала подниматься, стараясь втянуть в себя добычу, но зверь вдруг стал менять форму, как и в первый раз. Он с шипением растёкся бесформенной массой, проскользнул мимо разочарованно сжавшихся корней и всосался куда-то вглубь земли.
В лесу вновь стало тихо.
…на какое-то время.
– Теряешь хватку, – ворон преспокойно уселся на ближайшую ветку. – Ты заметил его буквально в последний момент.
– А ты мне на что? – невозмутимо поднял бровь некромант.
– Между прочим, именно я научил тебя этому заклинанию, – возмущённо отреагировала птица.
– Очень жаль, что в ответ я так и не смог научить тебя хоть иногда молчать.
Их перепалка доносилась меня как сквозь вату. И дело было не только в очередном адреналином всплеске.
Дариан стоял рядом со мной, и сквозь широкие прорехи в разодранной рубашке я видела его плечо.
Почти от середины груди, через ключицу и дальше, на руку, на коже чернело изображение летящего ворона. Но поразил меня не рисунок, а то, из чего он состоял. Вместе с краской, казалось бы, обычной татуировки, в коже переливались полосы тёмного металла. Он как будто въелся в плоть, стал частью её, и уже не было видно, где начиналось живое человеческое тело, а где бездушный материал.
Впрочем… бездушный ли? Если артефакт – это объект, в котором заключена магия, а его птица здесь, несмотря на то, что за Черту их нельзя брать нельзя…
Вещь, составляющая неразрывное целое с человеком, живущая в нём… И он же говорил, что артефакты в этом мире больше не умеют создавать? Как тогда возникло вот это?..
Почти не отдавая себе отчёт в том, что делаю, я потянулась вперёд. Хотелось рассмотреть, понять, что то, что я вижу, вообще реально. Что оно не пропадёт и не изменит форму, как и все в этом странном месте, частью которого он являлся.
Ходящий…
Его рука резко перехватила и сжала моё запястье почти до боли.
– Не стоит.
Я дёрнулась и рвано втянула воздух в лёгкие, только сейчас сообразив, что я делаю. Что я едва не коснулась его. Танец линий на его коже завораживал, притягивал переплетением узора и металла в нём.
– Прости, я… Это больно?
Он медленно разжал пальцы, отпуская меня.
– Нет, – в голосе проскользнула усмешка. – Просто не стоит.
Я посмотрела ему в глаза, и почувствовала, как по моей коже поползли мурашки. Потому что я увидела, как изменился его взгляд. И я внезапно осознала, что стою почти вплотную к полуобнажённому мужчине, к магу, необычному даже по меркам этого, чуждого мне мира… и сейчас он уже не выглядел столь же спокойным, как и раньше.