А может, она просто все придумывает? Амулет нагрелся от жара ее тела, вызванного волнением. И вспышка могла иметь совсем иную причину. Факелы горели неровно. Ближайший вспыхнул, а ей показалось, что это амулет… И вдруг Селена увидела, что между дверью и полом есть тонкая щель. Значит, пространство с обратной стороны двери было очень слабо, но освещено отблесками зажженных ею факелов. И в этом пространстве кто-то был! По камням пола скользнула тень. Темная. Чернее самой черноты.
Селена взяла самый тонкий и плоский из своих кинжалов, вынула из скобы ближайший факел и легла на живот, приблизившись к щели настолько, насколько ей позволяла смелость. И вообще, чего она испугалась? За дверью обитали крысы. Одна из них подползла к щели — вот тебе и тень.
Все равно надо проверить.
Затаив дыхание, Селена просунула сверкающее лезвие кинжала под дверь. Светлее не стало. За дверью по-прежнему была полная темнота. Конец лезвия отражал свет факела.
Селена просунула кинжал чуть дальше.
Во тьме мелькнули два зелено-золотистых глаза.
Селена отпрянула, резко вытащив кинжал и закусив губу, чтобы не выругаться вслух. Глаза. Глаза, сверкающие в темноте и похожие… похожие на…
Она шумно выдохнула, почувствовав некоторое облегчение. Глаза, похожие на глаза мыши, крысы или одичавшей кошки.
Селена снова подползла к двери, снова затаила дыхание и попыталась просунуть лезвие так, чтобы оно служило отражающим зеркалом.
И ничего. Абсолютно ничего.
Селена целую минуту сосредоточенно глядела на лезвие, ожидая нового появления глаз.
Того, кому принадлежали золотисто-зеленые глаза, возле двери уже не было. Крыса. Скорее всего, обыкновенная крыса.
Но в придуманном Селеной объяснении не все стыковалось. Ее кожа была не горячей, а холодной как лед, однако амулет нагрелся. Пусть за дверью вообще не было никого, и тем не менее дверь что-то скрывала. Возможно, ответы на вопросы, которых у Селены накопилось предостаточно. Сейчас самым разумным было уйти отсюда. Она еще вернется, но не завтра. Потом, когда будет готова.
Дверь можно открыть, но иным способом. Учитывая древность этого места, дверь и то, что за нею скрывалось, могли быть как-то связаны со «знаками Вэрда».
Но если за дверью все-таки кто-то был… Селена подняла факел. Ее взгляд ненароком упал на кольцо шрамов возле большого пальца правой руки. Следы от укуса риддерака.
А за дверью сегодня была всего-навсего крыса. И Селена не собиралась задерживаться в подземелье и выяснять, так это или нет.
Глава 15
Большой зал в тот вечер был полон. Селена не любила общие обеды и предпочитала есть у себя, но, услышав, что сегодня на обеде в честь возвращения принца Холлина будет выступать Раэна Златоголосая, поспешила найти себе место. Ей удалось втиснуться за один из дальних столов в конце зала. Сюда пускали мелкую знать, третьестепенных придворных и богатых горожан, отважившихся побывать в змеином гнезде под названием «королевский двор».
Королевская семья обедала за особым столом, стоящим на подиуме. Помимо них, там сидели герцог Перангтон, Рулан и женщина, весьма похожая на мать Рулана. Селена едва смогла разглядеть юного принца Холлина, оказавшегося бледным, полненьким мальчишкой с черными локонами. Вряд ли стоило сажать его рядом с Дорином, поскольку сравнения были явно не в пользу Холлина. Селена много слышала о его несносном характере и диких выходках, и тем не менее ей было немного жаль этого ребенка.
К ее удивлению, Шаол предпочел сесть рядом с нею. Пятеро его сослуживцев — тоже. Королевские гвардейцы стояли по всему периметру зала, возле дверей и подиума. Селена подозревала, что и ее соседи по столу тоже ведут наблюдение за залом. Все они держались настороженно, но учтиво. Не упоминая о вчерашнем происшествии, они вполголоса осведомлялись у Селены, как она себя чувствует. Ресса она знала лучше, чем остальных. Он охранял ее во время подготовки к состязаниям. Сегодня, обрадованный тем, что она оправилась после глориеллы, он без умолку болтал. Совсем как старая придворная сплетница.
— И когда он забрался к ней в постель, совершенно голый, — злорадно улыбаясь, рассказывал Ресс, — в спальне вдруг появился ее отец.
Мальчишечье лицо Ресса раскраснелось от азарта. Гвардейцы, включая Шаола, давились от смеха.
— Думаете, отец вызвал его на дуэль? Ничего подобного. Он вытащил любовника дочери за ноги, голого проволок по коридору и спустил с лестницы. Любовник вопил, как поросенок, которого собираются резать.