— Странно, что Бэллхейвен так и остался маленьким городком, намного меньше Килгрима. Ведь все, кто живет там, надежно защищены от набегов завоевателей.
Миссис Викс усмехнулась:
— Перестанешь удивляться, когда попадешь туда. Преотвратное место, доложу тебе. Гавани нормальной нет: сплошные отмели. Источников с пресной водой нет. А земля такая, что только репу сажать. О людях лучше вообще помолчать. — Она взяла у Тессы флягу с пивом и продолжала: — А погода! Каждый год — если есть на то Божья воля и находятся попутчицы — я езжу навестить Молдеркея. И каждый раз попадаю в бурю.
Тесса взглянула на море. Тучи над ним сгущались, ветер усиливался, вода пенилась и бурлила. По-видимому, надвигался обещанный тетушкой Викс шторм.
— Скоро мы будем в Бэллхейвене? — Голос ее почему-то дрогнул. Это все из-за холода. Холода и сырости, успокаивала себя Тесса.
— Зависит от дороги. Часа через четыре. В лучшем случае через три, — тетушка Викс повысила голос, очевидно, в расчете на троих мужчин впереди, — если эти лоботрясы соизволят прибавить ходу.
Элбурт понял намек и пришпорил лошадь. Маленький отряд перешел на рысь. Поля, болота и тростниковые заросли остались позади. Их сменили равнины, поросшие желтоватого цвета травой, и пустынные пляжи. Бархатный плащ Тессы был заляпан грязью, дождь хлестал в лицо. Не съехать со скользкой узкой тропинки становилось все трудней. Но Тесса все равно время от времени бросала взгляд на море. Оно было удивительного серого цвета, не такого, как небо, а линия горизонта — удивительно четкой и темной. А потом вдалеке она заметила какой-то едва различимый силуэт, не более чем черную точку на поверхности моря. Он казался каким-то бесплотным, имел форму, но не вес, как тень или расщелина в горах.
У Тессы перехватило дыхание.
Остров Посвященных.
Тесса отвела глаза. Она будет смотреть только прямо перед собой или на дорогу. Она больше не хочет видеть море.
Свист ветра начал беспокоить Тессу: этот звук напомнил ей ненавистный звон в ушах.
Райвис проводил Виоланту в порт. Ветер гнал по небу темные тучи. Все четыре мачты истанианского корабля под названием «Желанный берег» гнулись и скрипели.
— С востока надвигается буря, — заговорила Виоланта, голос ее легко перекрывал шум ветра. — Корабль помчится, как стрела.
Райвис услышал горькие нотки в голосе Виоланты, но не показал вида, только оглянулся на нее. Любая другая женщина испугалась бы ветра, накинула бы капюшон, чтобы защитить прическу, и закуталась бы в плащ. Не такова была Виоланта. Она смело ступала навстречу буре. От холода щеки ее раскраснелись и ярче стали губы; кудри выбились из прически, а плащ от порывов ветра плотнее прилегал к телу, подчеркивая скрытые под ним прекрасные формы.
Райвис коснулся ее руки:
— Мэлрей не причинит тебе зла. Я договорился с капитаном. Когда вы прибудете в Майзерико, он проводит тебя до дому.
Виоланта улыбнулась кончиками губ:
— Ты, видно, забыл, кто я такая, Райвис Буранский. Пусть отец мой был градоначальником, но бабка тридцать лет разбойничала по большим дорогам. Не мне бояться какого-то Мэлрея и его людишек.
— Но ты по крайней мере не собираешься с ним больше встречаться? После того, что произошло в гостинице...
Виоланта взглянула ему прямо в лицо:
— Ты потерял на меня все права в тот день, когда двое истанианских разведчиков доставили мне некое письмо. Кроме того, у меня с Мэлреем свои счеты.
Райвис схватил ее за запястье.
— Но ты ведь... — Он запнулся.
— Что, Райвис? — мягко спросила Виоланта. — Не причиню ли я ему какой-нибудь вред? Не собираюсь ли я убить его? — Райвис избегал глядеть на нее. — Ты до сих пор любишь своего брата. Несмотря на то, что прошло столько лет, несмотря на то, что он сделал.
Райвис только покачал головой.
Виоланта усмехнулась и пошла дальше. Они молча дошли до причала и остановились у «Желанного берега».
— Итак, — Виоланта посторонилась, пропуская двух грузчиков, — отсюда ты отправляешься на восток догонять свою подружку? Я слышала, как ты разговаривал с краснолицым мальчишкой Викс. Поспеши. Она опередила тебя минимум на два дня.
Райвис кивнул.
— Тебе не следовало торчать тут со мной еще целый день и ночь. Ты мог уйти утром. Раны твои не настолько серьезны и не мешают тебе ездить верхом.
— Я хотел убедиться, что ты благополучно села на корабль.
Виоланта улыбнулась своей неотразимой улыбкой, глаза ее сверкнули.
— Ты думаешь, что должен мне?
— Я хочу, чтобы с тобой все было в порядке.
Улыбка Виоланты увяла.
— Со мной все в порядке. — Она огляделась. — Можешь поставить мой сундук. Я попрошу юнгу отнести его в каюту.
Райвис хотел было что-то ответить, но подумал и молча опустил сундук Виоланты на доски причала.
Виоланта поднялась на борт. Райвис стоял и смотрел, как «Желанный берег» поднимает якоря, как полощутся на ветру паруса, как суетятся матросы. Только когда корабль вышел в открытое море и красный с золотом флаг скрылся за горизонтом, он повернулся и зашагал обратно к набережной.
24
— Повезло тебе, девочка. Отлив только начался. — Элбурт пробирался к дамбе между песчаными наносами и валунами.
Остров Посвященных точно углем нарисованная черная громада высился на фоне почти черного неба. Кое-где, как желтые крапинки, мелькали огоньки. Но скоро погасли и они. Было еще не поздно, вечер только начался, но уже совсем стемнело. Вой ветра оглушал, как звон в ушах. Разболелась голова, Тесса почти ничего не соображала. Она настолько устала, что и в седле-то держалась с трудом. Единственное, чего ей хотелось, — лечь и спать, спать.
До Бэллхейвена было рукой подать. От него их отделяла лишь песчаная отмель. В темноте Тесса не могла разглядеть город, видела только крыши домов и поднимающийся из труб дым. Тетушка Викс настояла на том, чтобы они сперва проводили Тессу до дамбы, а потом уж ехали в город. Ей не нравилось, что Тессе придется в темноте одной добираться до Острова. Тетушка, по-видимому, рассчитывала, что они попадут в прилив и Тессе волей-неволей придется ждать утра.
— Вода начнет прибывать не раньше завтрашнего полудня, — сказал Элбурт. Почему-то, подъехав к дамбе, он снял шапку и теперь показывал ею дорогу. — Держитесь прямо на скалу, лучше по центру дамбы: там песок посуше.
Тесса молча кивнула. Она не могла понять, далеко ли до Острова. Впереди, насколько хватало глаз, был лишь песок. Лишь далеко-далеко, на горизонте пенилось отступающее море.
— Просто безумие переходить дамбу после наступления темноты. Чистой воды безумие, — твердила тетушка Викс, и все тело ее сотрясалось от негодования. — Лучше тебе доехать с нами до города, отдохнуть по-человечески, подкрепиться на дорогу и высушить эту мокрую тряпку, которую ты называешь плащом. Нет, это надо же, пуститься в путь под проливным дождем в бархатном плаще!
— Нет, я не смогу переночевать в городе. Мне сегодня же надо добраться до монастыря. — Тесса вонзила каблук в бок своей кобылы, заставила ее развернуться. Предложение тетушки Викс, конечно, заманчиво, но она должна ехать. Дэверик выбрал ее и вызвал сюда при помощи своих колдовских узоров. Ее и никого другого. Уже погибло много людей, и погибнет еще больше. Пока она не знает, как предотвратить это, но должна попытаться.
Тесса окинула взглядом своих спутников, потом подъехала к тетушке Викс.
— Спасибо за все. — Она пришпорила лошадь, отпустила вожжи и галопом поскакала к дамбе.
— Ужин и постель ты получишь, не беспокойся! — крикнул ей вслед Элбурт. — Святые отцы не прогоняют путешественников.
— Береги себя, Тесса, — донеслось до нее прощальное напутствие тетушки Викс. — Мантии, бритые головы и молитвенники в руках еще ничего не значат. Мужчины остаются мужчинами.