— Да вот, папенька, тут жених к Александрите свататься прибыл, — ответила Топазида. — Силу нам свою доказывал: видишь как зал украсил.
— Он?! — король кивнул в сторону князя, смешно нахмурив брови.
— Он, — подтвердили сёстры хором.
— Ваше Величество, я, Гардиан Вейза, князь северных земель, прошу отдать мне в жёны вашу старшую дочь, Вторую принцессу Александриту, — с глубоким поклоном сказал ритуальную фразу князь. – Вот дары вам, вашей супруге, вашим дочерям и невесте от меня.
Вейза махнул рукой и перед королём появился большой короб, множество ларцов и один красивый сундук, который одним видом кричал о том, что принадлежит именно невесте.
— Конечно, я... — радостно закричал король, чуть ли не распахнув руки для дорогого зятя, но в этот момент егоза сильно ударила отца в бок. Король тут же спохватился, сжал руки за спиной и деланно нахмурился. — И речи быть не может! — скривился он. — Моя дочь Александрита достойна самого лучшего мужа, ибо тот должен стать моим наследником! Ей не подойдёт незнакомец с улицы!
— Как мне доказать, что я достоин Её Высочества Александриты? — князь быстро воспользовался лазейкой, которую оставил ему мой хитрый папенька.
Матушка раздражённо фыркнула, а я не сдержала улыбки. Король поддавался, оставлял для князя намеки и обходные пути, а ведь уговорить родителей отдать дочь в жёны — одно из традиционных испытаний.
Но король слишком сильно желал, наконец, обрести преемника, чтобы упустить такую возможность. Если жених не сможет пройти свадебные испытания, то и самой свадьбы, скорее всего, не будет. Всё же наследную принцессу отдают, а не простую горожанку.
— Отга...
Ещё один удар в бок от егозы вновь оборвал речь папеньки. Хмурые взгляды дочерей заставили короля пересмотреть задание и вместо какой-нибудь банальной загадки, он дал другое:
— Кхм, я хотел сказать, если у вас получится достойно разрешить проблемы моих придворных, собравшихся здесь, то я дам своё благословение на ваш союз с моей дочерью.
Задание видимо было заранее обговорено и сформулировано. Наверное, к нему приложила свои ручки маменька, уж больно расплывчато оно прозвучало. Что подразумевалось под «достойно разрешить» – непонятно. По каким критериям это «достойно» будет измерятся ― тоже не ясно. И кто будет судить насколько хорошо было выполнено задание? Король? Придворные? Или королева?
Наверное, всё-таки король, ведь это его задание…
Если князь и забеспокоился, то виду не подал. Лишь дружки переглянулись друг с другом, но предложить помощь даже не попытались.
Народа в зале было прилично, но князь решительно принялся за испытание. Его никто не сопровождал во время обхода гостей, но и король, и королева, и я сама не отрывая взгляд следили за за ним.
Уверена, он чувствовал наши взгляды, но никак не показывал это.
Сначала он действовал нерешительно, не был уверен в правильности своих суждений, но потом взял себя в руки и говорил уже уверенно, как и подобает князю.
Наблюдая за ним, я испытывала смешанные чувства. У меня с самого начала не было вполне очевидного страха перед замужеством: я была достаточно практична чтобы понимать, что брак по расчёту куда лучше, чем смерть. Пока ты дышишь, ты можешь попытаться изменить свою жизнь к лучшему, и даже брак с незнакомым саламандрой можно сделать вполне счастливым…
Но были и другие мысли, и эти мысли пугали меня безмерно.
Я не умела быть принцессой. Меня, конечно, учили этикету, основам магии, истории, другим дисциплинам. Я получила достойное образование в своё время благодаря щедрости купца Говена и многое понимала, но всё ещё была столь далека от политики и королевского двора (тем более королевского двора саламандр), что с каждой минутой всё сильнее ощущала собственную ущербность.
Мой будущий супруг был красив, умён и достоин короны. Я боялась, не сочтёт ли он меня бестолковой дурой.
Это так унизительно. Я всегда считала себя умным человеком, и ощущать сейчас собственную несостоятельность было очень неприятно.
Зато сразу стало ясно, почему отец так уцепился именно за князя. Наблюдая за ним, я не могла не признать, что из него выйдет прекрасный король: в меру жёсткий, в меру милосердный, с хорошим чувством справедливости и достаточной мудростью.