— Значит, твой отец Король этого мира?
— Да. — Ревон остановился у двери, что вела в его кабинет и прислушался. — Он сама тьма, а я порождение тьмы.
Через некоторое время до человеческих ушей Александры дошло то, что раньше услышал Ревон своим более развитым слухом. На первом этаже происходила какая-то ссора. Голос Андри девушка признала сразу, а вот его собеседницу ей ещё не представили.
— Андри, ты забываешься! — Звонко воскликнул женский голос. Издалека Александра услышала всё могущество и тьму его обладательницы. — Пусти меня наверх! А не то, я из тебя сегодня суп сварю на ужин!
— Ох, страшно! — Насмешливо ответил Андри. — Быть может вуду на меня сделаешь? Пощекочешь немного своими способностями.
— Паршивец. С чего вы двое решили, что мне нельзя увидеть еë?
— Остынь, ты сейчас лопнешь уже и замажешь новый ковёр!
— Позовите Ревона, — Девушка явно не хотела отступать. Таких обычно мужчины и бояться. — Я порву вас всех на кусочки!
Ревон не отводил взгляда от пола, словно принц видел происходящие, через три этажа. И ему это показалось забавным — он улыбался.
— Кто это?
— Лилит, — Принц провёл рукой по своим шелковистым волосам чуть портя уложенную причёску. — Моя сводная сестра. Когда она возвращается домой, весь дворец на ушах стоит.
— Чего она хочет?
— Увидеть тебя, защитница, — Ревон открыл дверь в кабинет, и в нос ударил запах старой бумаги. — Но это подождёт. Андри сможет ещё какое-то время удерживать эту волчицу.
Александра сглотнула вязкую слюну. От приближающегося знакомства с сестрой Ревона ей стало не по себе. Если она женская версия Тёмного принца, то стычки не миновать, а жалеть смертную девчонку она не станет.
Ревон зашёл в кабинет освещаемый естественным светом, девушка нырнула словно мышка за ним.
Кабинет был обычный стол, бумаги, книги. Всё как у людей.
— Чем я могу тебе помочь? — Александра села за небольшой деревянный стол, напротив Ревона.
— Расскажи мне про ритуал, уж больно увлекательная история.
Александра сжала ткань штанов в кулак. Вновь поднимать эти архивы в памяти ей не хотелось, тем более ритуал сестры. Поэтому она решила думать о Аннет — первой, несчастной жертве убийцы.
— Тела не держат в доме как полагается. Люди бояться, что Тёмный принц вселиться в свою жертву.
Заметив как Ревон поморщился, от прозвища, что дали обитателю тёмного дворца люди, девушка сбилась. Но быстро собрав мысли в кучу, она продолжила:
— Далее их отпевают, Амрок поёт свою песню, которая освобождает души, и гроб сжигают на реке. Это делают по той же причине — чтобы нечисть не вселилась в тело убитой.
Ревон всё это время неотрывно смотрел на девушку. Он слушал не перебивая, но тут поднял руку, ладонью к девушке. Она послушно замолчала ожидая слов парня.
— Можешь поподробнее, про эту песню.
Александра чувствовала себя учеником, которому предстоит сдать экзамен самой придирчивой учительнице. И всё же, она охотно собралась говорить дальше, как дверь в кабинет раскрылась.
— Ревон, я сделал всё что смог, — Донёсся до ушей голос Андри. — Но ты сам еë знаешь…
В кабинет будто буря ворвалась молодая девушка. Еë внешность была такой притягательной, что оторвать глаз у Александры не получалось, как бы сильно ей этого не хотелось.
Волосы доставили ей до самой поясницы, а их цвет был в точности с цветом волос Ревона. Кожа белая как снег, но это не выглядела нездорово, а скорее наоборот. Пухлые губы окрашены в помаду тона крови сжались от ели сдерживающего гнева. Большие глаза цвета сапфира стреляли молнии на Ревона, словно вот, ещё минута, и эта хрупкая девушка кинется рвать его глотку собственными зубами.
— Давно ты прибыла домой? — Поднявшись со стула поинтересовался Ревон.
— Достаточно давно, чтобы познакомиться со спасительницей! Как ты мог от меня скрыть такое!
— Моя дорогая Лилит, — Ревон взял сестру за плечи, и посадил на свой стул. — Познакомься с Александрой, она шла убить меня, но по дороге передумала.
Лилит повернулась на Александру. От еë холодного взгляда девушка плотно вжалась в стул. Лилит смотрела и не верила собственным глазам столько эмоций пролетело на еë лице, прекрасном лице. Будь Александра парнем, то несомненно тут же растаяла бы в куче заслуженных комплиментов, в попытках обратить внимание прекрасной дамы на свою персону.
— Человек. — Томным голосом произнесла Лилит.
Всё еë могущество читалось в каждом жесте. Она была той самой независимой от чужого мнения девушкой, каждого состоятельного рода. Ей хотелось поклоняться, падать на колени и отдавать, всё, что есть.