- А сама, значит, не хочешь? Она ведь тебе не чужая.
- Нет. Но ты для меня - самый родной, - она потянулась и чмокнула Валея в щёку, покрытую седыми колкими щетинками.
- Тогда оставайся дома.
Отчаянное предложение вновь рассмешило её:
- Ни за что! Мне больше нравится время от времени возвращаться. И надеюсь, что в следующий раз, когда я вернусь, замок будет в лучшем состоянии.
Старый граф кашляюще усмехнулся:
- Думаю, к следующему твоему приезду мы сможем скопить достаточно денег, чтобы покрасить твою комнату.
- Тогда, пожалуйста, перекрасьте в белый. На самом деле, я не люблю небесно-голубой.
- Как это не любишь? Но он же…
- Он же так подходит моим глазам, да, - вздохнула она. - Поэтому и не люблю.
Шелара залезла в карман брюк и помяла рукой два мягких бархатных мешочка с рассыпчатыми крупинками бриллиантов, полученных от арши. Гладкие грани, скрытые под приятной тканью, скользили друг по другу, с шорохом и стуком перемешивались под пальцами. Шелара достала их, раскрыла ладонь Валей и, вложив в неё оба кошелька, накрыла своей рукой.
- Что это?
- Считай, что выкуп за невесту, - хмыкнула Шелара, вставая и засовывая руки в карманы.
Дядя неодобрительно посмотрел на неё и, раскрыв горловину одного мешочка, высыпал содержимое на ладонь. Непослушные скользкие камни блестящим ручейком устремились вниз, несколько бриллиантов, сорвавшись с ладони, упали на ковёр. Граф охнул, наклонился поднять.
- Это не с кафтана ли твоего демона камни? То-то он во всё чёрное переоделся.
- О, да, полночи отпарывала! - криво улыбнулась она. - Это мой вклад в Алессано. Вместо наследства купцов Верно. Можешь распорядиться ими, как пожелаешь. Только умоляю тебя…
Она просительно сложила перед собой ладошки и смешно нахмурилась, заставляя сердце дяди таять, как снег под солнцем.
- О чём?
- Пожалуйста… Никаких перестроек и пристроек!
Валей хрипло засмеялся и сразу закашлялся:
- Шелли, но ведь у нас традиция…
- Никаких перестроек! - погрозила она пальцем, затем крепко-крепко обняла старика за плечи и вышла, улыбаясь и сдерживая слёзы. Проститься они ещё успеют, он ведь ни за что не пропустит её отъезд.
За дверью, в тёмном пустом коридоре, её встретил Альшер, терпеливо ожидавший у стены окончания разговора. Арши поймал девушку за руку, привлёк к себе податливое тело и привычно обнял. Ледяная свежесть, всегда неуловимо исходившая от него, даже от кожи и дыхания, охладила мысли, успокоила. Прикосновение его пальцев к щеке было щекочуще-приятным.
- Мне нравится твоя уверенность в принятом решении, - с едва ощутимой насмешкой прошептал демон. - И самокритичность.
- Подслушивать нехорошо.
- Только не для того, кто подслушивает. Есть шанс обогатиться бесценным знанием.
- И каким же знанием ты обогатился?
- Например, что ты не любишь голубой цвет, - шутливо ответил демон и чуть серьёзнее добавил: - И что действительно готова уехать. Я не был так уверен.
Шелара помолчала, глядя вглубь коридора, туда, где смутно угадывались пролёты лестницы. Вверх и вниз. Сегодня лестница вела не просто на первый этаж,а в совершенно иную жизнь. Опасную, зыбкую, может, даже счастливую, кто знает? Но, в первую очередь, просто иную.
- А теперь уверен?
- Как раз раздумываю, не лучше ли уговорить тебя остаться здесь, пока я не вернусь из Гиблых лесов? Я не хочу больше рисковать тобой.
Девушка подняла на него глаза:
- Не лучше. Иначе я поеду туда сама.
Он снова провёл кончиками пальцев её по щеке, и её едва заметное волнение обожгло и обострило его чувства, как глоток креплёного вина. Удивительное ощущение, ослабляющее и упоительное.
- Иногда ты сводишь меня с ума своим упрямством. Но зато теперь у меня есть оправдание для моего неразумного эгоизма.
- Эгоизма?
- Забрать тебя отсюда в самое опасное место на Материке просто из желания держать рядом - слегка эгоистично, не находишь?
- Разве что, слегка, - пожала плечиком Шелара и за руку потянула арши прочь из тёмного коридора. До того, как встанут солнце и Лоренс, они должны собрать свой маленький отряд, успеть позавтракать и выехать.
Спустившись на один пролёт, проходя по тихому коридору сонного замка, Шелара непроизвольно нашла взглядом свою комнату. Взгляд, скользнувший по закрытой двери, белёсо сияющей в темноте, был слишком быстр, чтобы заметить почти неразличимую щель приоткрытой створки… Или её отвлекла одна безумная, но соблазнительная мысль.
- А знаешь, я просто обязана сделать кое-что перед отъездом!