Лорд Эльмирриан Инниар, и сообщивший ей новость об убийстве Карела сегодня утром, был чрезвычайно добр и заботлив, он не говорил слов утешения и не приносил пустых соболезнований, он просто пообещал, что позаботится о ней и не оставит. И даже возьмёт на себя все заботы об устройстве похорон и уладит вопросы с наследственными делами. А она? Просто поражённо стояла, не в силах ничего ответить, ничего почувствовать. Но это ведь отец! Каким бы он ни был, он всё же был родным существом, её единственным покровителем. До той минуты, когда Эльмирриан Инниар появился в её жизни… Но должна же она хоть что-то чувствовать? Потерю? В груди была лишь нарастающая тишина. Джейлин снова тихонько завыла, прикусывая нижнюю губу, по щекам скользнули две слезинки, и девушка уткнулась лицом в сложенные ладони. Какая же она предательница!
Шелара расслабленно лежала на спине на мягких подушках походного шатра, согнув в колене одну ногу и раскручивая в пальцах сорванную по пути ромашку. Гадать было бессмысленно, ша-ирлеш давно разрушил всю интригу, и девушка, заскучав, отложила помятый цветочек и повернулась на бок, приподнимаясь на локте и глядя на беловолосого демона, с крайне серьёзным видом черкавшего что-то красным карандашом в объёмной карте. Круглые кварцевые шары, заменявшие здесь такие недолговечные и пожароопасные свечи, ровно освещали весь шатёр, карту и очаровательно сосредоточенного на деле арши. Шелара улыбнулась и начала мысленно прикидывать, что бы такого сделать, чтобы помешать ему, но…
- Я всё вижу, - предостерегающе протянул демон, хмурясь, и снова отметил что-то в карте.
- Я ничего не делаю!
- Ты просто не успела ничего сделать! - обличительно поднял бровь демон, повернувшись лицом к несостоявшейся хулиганке. Серьёзность его лица потрясающе гармонировала с бесятами в смешливых ярких глазах, и Шелара рассмеялась, выдав себя с головой.
- Я даже не пыталась!
- Но ты слишком громко думала, - Альшер встряхнул карту из плотной бумаги, складывая её, и аккуратно отложил в сторону. Затем придвинулся чуть ближе к девушке, оперся ладонью на шёлковые подушки. - Или будешь отрицать?
- Должна же я как-то отвлечь тебя от этих скучных карт? - раскаянья в её голосе даже не бывало.
- Не спорю, намерения у тебя были самые благородные.
Принц наклонился и легко коснулся её губ, больше дразня, чем целуя.
- Да уж поблагороднее, чем у некоторых Шанакартов. Ведут себя порой хуже наёмников! - она с улыбкой прикрыла глаза, обнимая демона за шею и не давая отпрянуть.
- Зато целуюсь я лучше, сама говорила! - хмыкнул арши, обнимая девушку и усаживаясь удобнее.
- Говорила, - расслабленно покаялась она и добавила: - Но мне всё равно иногда не хватает Шерри.
- И чем тебе так нравится этот подлый и двуличный мерзавец?
- Ну-у… С ним весело. Надёжно. Он заботился обо мне. И, кроме того, он безумно очарователен.
- Очарователен? - скептически уточнил он. - Поверь, милая, его отношение зависит лишь от цены. И за хорошую плату он мог бы сделать с тобой всё, что угодно!
Шутливо пугая её, демон прищурился и сверкнул глазами.
Шелара снова рассмеялась, падая на подушки:
- Надеюсь, ты имеешь в виду нечто романтическое?
Альшерриан покачал головой со скорбным вздохом:
- Оптимистка!
- Помню-помню про голову и ленточку! - фыркнула девушка. - Только ведь не продал!
- Так ещё не всё потеряно!
- Ах, так! - Шелара с силой дёрнула его за белоснежный локон. - Ужасный, ужасный Принц!
- Ты хотела сказать, прекрасный? - снисходительно уточнил демон.
- Нет, даже не надейся! Прекрасный у нас Шейлирриан, а ты - ужасный!
- Только не говори, что в моём скромном обществе ты и по нему скучаешь?
- Конечно, скучаю! Он всегда такой печальный и серьёзный… - Шелара с притворной мечтательностью возвела глаза к куполу шатра. - Ах… Может, это узы ша-ирлеш снова шалят?
Альшер на представление смотрел с притаившейся в углах губ усмешкой.
- И не надейся, моя Принцесса, Шейлирриан вино даже не попробовал. Видишь, во всём Шанакарте только у меня хватило смелости связаться с тобой!
- Грубиян! - ахнула она и кинула в него мягкой маленькой подушкой.
- Спасибо, - поймал арши шёлковую вещицу и удобно лёг, подкладывая её под голову. Светильники из прозрачного кварца медленно погасли, и в шатре воцарилась темнота, нарушаемая только змеящимися по стенам тусклыми узорами.