- Иллиабель…
Демоница прошла по покоям Императора и остановилась перед окном рядом с ним, складывая на груди тонкие руки и глядя на воду.
- Ты не должен был так поступать с ним.
- Твой отец, как и Вилькортин, слишком глубоко запустил руки в семью Шанакартов. У меня не было выбора. Я должен был защитить своего сына.
Она с ледяной яростью обернулась к арши:
- Защитить ценой короны другого своего сына? Сына, который сделал всё, чтобы вернуть тебя и Шейлирриана в Шанакарт?
- Его положение практически не изменилось, Иллиабель.
- Да, спасибо Богам, что помимо тебя, у нас ещё есть Совет и Лорды. Спасибо, что Шейлирриан оказался дальновиднее тебя, всё-таки приняв сторону моего отца. Всех нас. Иначе ты бы изгнал Альшера из собственного дома.
- Ты несправедлива ко мне, Иллиабель.
- Ты несправедлив к нам всем, Эль-Ризар, - в её голосе дрогнула горечь.
Император закрыл жилистыми худыми ладонями лицо:
- Ты пришла обличать и обвинять меня? Поверь, я уже за всё с лихвой наказан.
- Нет, - она пожала нежными плечиками, - я пришла, потому что меня позвало к тебе предчувствие. Я знаю, что ты хочешь сделать, и не могу тебе позволить этого.
Эль-Ризар со вздохом опустил руки и нетвёрдо дошёл до кресла. Почти упав в него, демон вытянул руки на подлокотниках и бездумно уставился в пустоту.
- Отпусти меня, Илли… Я слишком устал от этой жизни. Пора начать другую.
Она болезненно усмехнулась:
- О нет, Ваше Величество. Я позволю тебе уйти только после свадьбы моего сына. Всё должно быть абсолютно законно и упорядоченно. Ты благословишь их союз и сам вручишь корону Принцессы этой девчонке. Чтобы ни один слух, ни одно сомнение не коснулось больше имени моего сына! Ты должен.
Он помолчал, обдумывая её слова. И, конечно, сдался.
- Я сделаю, как ты хочешь.
Демоница Смерти кивнула, затем подошла к нему совсем близко и на раскрытой ладони протянула старую платиновую брошь от плаща. Герб Шанакарта…
- Как давно я не видел её, - арши забрал драгоценную вещицу, пальцы его дрожали. - Ты мне её подарила. Когда я был объявлен Наследником.
Иллиабель равнодушно смотрела на мужчину, которого когда-то любила так безумно.
- Сохрани её в этот раз. Она поможет тебе, когда исполнишь моё условие. Прощай, Император…
Демоница отвернулась и вышла из комнаты. И из его жизни…
Эпилог
Феб де Шатопер тоже кончил трагически. Он женился. Виктор Гюго ‘Собор Парижской Богоматери’
Шелара стояла в уже знакомой ей комнате ожидания кафедрального собора Шанакарта перед большим старинным зеркалом и поворачивалась к нему то одним боком, то другим, не в силах поверить, что там, в прохладном плену стекла именно её отражение. Белые, как снег, кружева, мерцающие при любом движении вшитыми в узоры платиновыми нитями и мелкими бриллиантами, а край подола украшала вьюга из сапфировых звёзд, совсем таких же, какие покачивались в ушах девушки при малейшем движении. Она погладила дрожащими пальцами холодную серьгу, вспоминая тот безумный маскарад перед свадьбой с Наследником. Почему он хотел напомнить ей тот вечер?
Всё утро её не покидало ощущение нереальности происходящего, как будто она заново проживает день свадьбы с Шейлиррианом. Тот же ранний подъём, те же сомнения, та же Айшариль, бесцеремонно и неотвратимо толкающая её под венец. Мотивы её, правда были другими. Что-то вроде: “Шелара, ты должна это сделать, пусть этот мерзавец уже женится, остепенится и оставит нас всех в покое!”. Она улыбнулась своим мыслям. Остепенится? Альшер? Кажется, это невозможно. Девушка сложила на груди руки и подошла к высокому стрельчатому окну.
- На этот раз я приказал запереть все окна, Принцесса. Тебе не сбежать.
Она обернулась. Альшер стоял, привалившись плечом к широкому каменному своду дверного проёма. Одет он был вполне традиционно - в белое. Вышитые камнями и платиной узоры повторялись и на его кафтане, по нижнему краю вились те же вихри сапфировых звёзд.
- А ты всё ещё не веришь в приметы, после всего, что с нами произошло? - с улыбкой покачала головой девушка, присаживаясь на подоконник и любуясь своим женихом.
- Кажется, я со всем справился, - не без самодовольства заметил он. - А ты всё ещё не веришь в меня, после всего, что с нами произошло?
- Теперь я ещё больше верю в приметы.
- Какая же ты упрямая, - вздохнул обречённо демон и приблизился к ней. Нежно погладил по щеке, наслаждаясь тёплой белой кожей. - Ужасно упрямая. Если бы ты любила меня хоть с малой долей того упрямства, с каким мне сопротивлялась…