— Я дважды в день езжу по этой дороге, но еще ни разу меня не пытались убить, — плаксиво ворчала девочка, пока Ной на себе тащил ее к «Пути Королей».
Академия встретила чистотой и блеском. Нет, в Замке никогда не было грязно, но сейчас полы, стены и светильники в буквальном смысле сверкали. Наверняка, ученики под присмотром педагогов несколько вечеров трудились в поте лица! Ох, как же Ловерте хотелось продемонстрировать «неумехам» со срединной территории, что такое легендарная Академия Стихий!
Первым, не считая старика Гловера, встретившего гостей у другого Зеркала, на пути попался осу Сурама. Подвижный, как ртуть, стихийник и здесь продолжал заниматься организацией всего и вся.
— Вот и вы! — обрадовался он при виде троицы. — Саттер, ступайте в класс. Да-да, знаю о вашем освобождении. Но как раз сегодня ву Роут решил рассказать ученикам старшего курса, какие темы включит в полугодовое сочинение. Подозреваю, вы захотите услышать о них своими ушами, а не искать потом в конспектах у других. И не тревожитесь, ваш ворчун-педагог уложится до начала испытаний яу. Сие мероприятие он точно не пропустит. Ури, вы мне нужны. Поможете повесить новый гобелен в зале с кубом. Ну а вы, Ситэрра, можете пока погулять по местам боевой славы. Только, умоляю, не опаздывайте. Наша дорогая зу Ловерта и так не в духе с самого утра.
Провожая взглядом приунывших друзей, Мари снова заулыбалась. Сурама угадал желание бывшей ученицы. Именно погулять по Замку девушка хотела больше всего на свете. Жаль, конечно, что не удастся это сделать в компании друзей. Но лучше одной здесь, чем вместе с остальными в классе зануды Роута.
Стихийница огляделась. Небо! Какими же родными сейчас кажутся стены Академии. Хочется обнять каждую статую. Погладить кончиками пальцев перила. Посидеть на ступеньках, по которым приходилось подниматься сотни раз. То спокойно и размеренно, то бегом — опаздывая на занятия. А в памятную ночь похищения жемчужины четверо друзей по ней вообще летели. Сердце стучало как безумное, словно пыталось покалечиться о ребра. Ох, если б уметь поворачивать время вспять! Как минимум, половину силы отдала бы, чтоб еще хоть год пожить в Замке.
Сколько же всего произошло в этих стенах за девять лет! Почти с каждым уголком связана какая-нибудь история. Взять, к примеру, музей клана Орса в конце коридора. Помнится, на самой первой экскурсии (им тогда было по шесть лет) Ной подрался с другим напыщенным мальчишкой из Летнего Дворца. Да так, что в запале ссоры снесли памятник Королеве Сентябрины в юности. Вилкок — являвшаяся ярой поклонницей Осенней династии, с Ури потом недели две не разговаривала.
А классе напротив лестницы осу Сурама однажды рассказал о том, как при помощи доверительной беседы можно позаимствовать часть силы другого стихийника. Этот рассказ, не входящий в школьную программу, впоследствии спас Мари и Яну жизнь, когда из-за глупости Дондрэ они двое оказались в овраге, разделяющем срединную территорию и владения Королей.
Мари не удержалась, зашла в класс. Села за четвертую парту во втором ряду. На правое место, которое занимала на каждом уроке, на протяжении всех лет учебы. Руки сами расположились на столешнице, как у примерной ученицы, коей Ситэрра, никогда не являлась. За учительским столом, как живой, представился рыжеволосый преподаватель, углубившийся в собственные экспериментальные записи. Не доставало только Зимы за окном — для полноты ощущений.
Как же хорошо здесь было! Несмотря на бесконечные наказания за проказы, обидные прозвища представителей именитых кланов и тягостные думы о прошлом и будущем! Вдали от проклятого небом Зимнего Дворца и его обитателей, включая Короля! По телу мгновенно прошла судорога, едва перед глазами встало красивое волевое лицо в обрамлении белокурых волос. Вспомнился взгляд Его Величества в последнюю встречу — холодный и разочарованный, и настроение испортилось вмиг. Ведь меньше чем через час придется снова столкнуться с Инэем. Мари сейчас точно не знала, чего страшится больше — новой порции гнева в синих глазах или безразличия.
Девушка не удивилась, когда в ушах зазвучал раздраженный голос Короля. Разумеется, ведь Дората зол на нее, вот воображение и старается, рисует сюжеты, мучащие опустошенную душу. Лишь когда Его Величеству вторил не менее знакомый хриплый бас, Мари встрепенулась. Святые небеса! А ведь и впрямь Инэй! В компании Грэма спускается по лестнице — из библиотеки в зал с кубом.
— Не уходи от разговора! — донеслось до растерявшейся стихийницы требование Иллары. — Хотя бы дослушай!