— Этого не будет, — объявила она абсолютно спокойным тоном.
— Вот как? — усмехнулся Злат, прежде чем обескураженный сыщик опомнился.
— Вы немедленно снимете обвинение, Ваше Величество. За Осенним Дворцом долг. Я спасла жизнь вашей младшей дочери. Помните, что произошло на Весенней свадьбе в прошлом году?
Мари думала о той истории с момента, как поняла, чем может обернуться заморозка Трента. Разумеется, все остальные давно забыли об отравленном вине, которое пыталась выпить маленькая Де-Вин Орса. Потому слова Ситэрры грянули громом. Сначала повисла пауза, а потом раздался громкий смех. Это был Король Зимы, явно по достоинству оценивший выпад подданной. Злат же стоял красный, как рак. Кусал губы со злости, но молчал.
— Инцидент исчерпан, я полагаю? — поинтересовался Инэй у Циаби.
Тот глянул на Повелителя Осени и разочарованно махнул рукой…
Мари покинула помещение в компании Инэя, Весты и Грэма. Учитель улыбался, радуясь исходу допроса. Пропустил вперед Короля с Принцессой и положил ладонь ученице на плечо.
— Ты в порядке? Последние сутки выдались насыщенными.
Стихийница устало кивнула. Сейчас бы до кровати добраться. И поспать хотя бы пару часов. Но, увы, предстоял еще один непростой разговор, откладывать который нельзя.
— Ваше Высочество, — негромко позвала Мари Весту. — У меня сообщение от зу Арты. Прежде чем умереть, он… он…
Девушка замолчала, вспомнив белое лицо главы совета и гаснущие глаза. Покушение Трента и нападки сыщика отодвинули страшную смерть Камира на второй план. Но теперь «картинка» возвращалась.
— Это насчет Эллы, — закончила Мари, пока трое взрослых взирали с тревогой.
Инэй с Вестой обменялись быстрыми взглядами, и Принцесса шагнула к юной стихийнице. Осторожно взяла за плечи, пытливо заглянула в глаза.
— Что сказал Камир? — спросила она шепотом.
Девушка задрожала с головы до ног, отлично понимая, какую кашу сейчас заварит. Последствия будут ужасными. Для проигравшей стороны.
— Фин пытался уничтожить книгу, — Мари тоже заговорила едва слышно. — Ту, которую может прочесть лишь глава совета.
— Перепись тайных браков? — изумился Грэм, как и остальные, понизив голос.
— Да, наверное, — кивнула Ситэрра. — Арта сказал, Элла незаконно занимает Весенний престол. Потому что она вышла замуж. Совсем юной. Тайно. Ее настоящий муж все еще жив, поэтому брак с Королем Мартэном не имеет силы…
Веста задохнулась от возмущения. Грэм присвистнул. Лишь один Инэй не лишился дара речи.
— Ты уверена? — переспросил он.
Мари закивала.
— Арта едва дышал, но говорил связно. Вот только имя мужа поставило меня в тупик, — Мари покосилась на дверь комнаты, за которой Король Злат что-то возбужденно высказывал главному сыщику. — Советник сказал, это Рофус Сильвана. Мол, он сам их женил. Но ведь они… они совсем не пара!
— О! — усмехнулся бледный Грэм, пока остальные переваривали новость. — Поверь мне, девочка, иногда самые крепкие отношения складываться у тех, кого окружающие не могут представить вместе. Вспомни моего отца.
— Рофус! — очнулся Инэй и тихо засмеялся, устало потирая переносицу. — Все сходится. Мы давно знали, что у моей матери есть компромат на Эллу. А Рофус всегда являлся посредником между ними.
— Что дальше? — Грэм повернулся к Весте. — Как доказать, что они женаты?
— Есть магический способ, — Принцесса отпустила плечи юной стихийницы. — Но нужно действовать быстро. Уверена, Элла не сидит, сложа руки. Инэй, можешь приказать арестовать Рофуса?
Король кивнул и первым направился в сторону выхода.
Погода на улице вновь начала портиться. Сгустились серые тучи, спрятав веселое солнце. В воздухе витало ощущение надвигающейся снежной бури. Но ни мрачное небо, ни понизившаяся температура, ни хлесткий ветер не смогли напугать трех подростков, застывших напротив входа в штаб. С тревогой на раскрасневшихся лицах они ожидали возвращения четвертой участницы лихой компании, несправедливо обвиненной Королем Осени.
Заметив группу поддержки, Инэй едва заметно усмехнулся.
— Можешь остаться на похороны, — проворчал Его Величество, не сводя подозрительного взгляда с трех фигур в разноцветных шубах. — Но чтоб на этот раз без приключений…
Глава 28. Серебро
Похороны, состоявшиеся через день после трагедии, оставили двойственное впечатление. На душе Мари была горечь от мысли, что благородного стихийника принесли в жертву во имя корыстных целей негодяя Фина и его лгуньи-повелительницы. Но, глядя на сотни желающих проводить советника в последний путь, девушка думала и о том, насколько достойную жизнь прожил Камир Арта. Жители срединной территории ехали во владения совета не потому, что их присутствия требовал этикет. Покойного любили и уважали.