— Мне все равно, кто ты такой, — проговорила Алена. Отрывисто и четко, чуть ли не по слогам. — Я с тобой, что бы ни случилось. И кто бы что ни говорил.
А вот это уже не про мои злоключения… И не про то, что меня запросто могли в очередной раз объявить террористом, изменником и еще черт знает кем. А если учесть, что тайна личности прапорщика Владимира Острогорского в последнее время не такая уж и тайна…
Как говорится — сложите два плюс два.
— Отец рассказал? — тихо спросил я.
— Ага. Я почему-то сразу поверила. Сразу. — Алена нервно хихикнула. — А потом поняла, что мне наплевать, что… Ну…
— Что у нас с тобой разница в возрасте? — улыбнулся я. — И чуть побольше, чем ты думала?
— И что? Мне вообще-то всегда нравились мальчики постарше. — Алена неуклюже поцеловала меня куда-то в уголок губ. — А еще я в восемь лет сказала, что выйду замуж за Серого Генерала. Так что теперь, ваша светлость, вы просто обязаны…
— Ну, начнем с того, что пока я никакая не светлость. — Я пожал плечами. — А самый обычный гардемаринский прапорщик. А значит, ваш почтенный батюшка вполне может возражать против подобного мезальянса.
— Ой, да кто его будет спрашивать? — Алена снова повисла у меня на шее. — Говорю же, я уже решила — я с тобой!
— Ну, значит и я с тобой… Видимо. — Я чуть отстранился, задумываясь. — Как ты понимаешь, в ближайшее время мне уж точно будет не до амурных дел.
— Понимаю. Но я вот тут подумала… А тебе не хотелось бросить все? Просто исчезнуть. — Алена положила голову на плечо и мечтательно зашептала. — Сменить документы и удрать куда-нибудь во Францию… Или в Америку. Вдвоем, только ты и я. Без всех этих интриг, войны, дворцовых переворотов, наследников…
— Снять квартиру, устроиться на обычную человеческую работу? — усмехнулся я.
— Это еще зачем? — с наигранным удивлением спросила Алена. — Я вообще-то довольно богатая девушка. Так что снимем целую виллу… Где-нибудь на берегу Лазурного берега. Или Каталонии. Или в Тоскане. Или в Бадене, если ты не любишь жару. Будем сидеть по вечерам на балконе в плетеных креслах и пить шампанское.
На этот раз я ответил не сразу. И вовсе не оттого, что наспех нарисованная Аленой картина жизни без заговоров и ежедневного риска свернуть шею выглядела такой уж манящей.
Нет, дело было в моих собственных мыслях. Если раньше и Империи, и лично наследнице рода Романовых угрожали враги — Распутины, Мещерский, младший Морозов или иберийцы, то теперь все как будто стихло. Мятежный князек погиб от моей руки, наемники удрали за границу, а его местные прихлебатели стремительно разъезжались по тюрьмам и каторгам.
Армия закалена в междоусобных боях, оборонные предприятия работают, как часы. Вся нация готова сплотиться вокруг будущей государыни. Альфонсо еще нескоро рискнет снова протянуть к России свои скользкие щупальца, и даже старший Морозов, наконец, успокоился и присягнул на верность будущей императрице. Елизавета готовится к коронации и единственным человеком, который еще омрачает ее почти уже безоблачное существование…
Стал я. Гардемаринский прапорщик Владимир Острогорский. Он же — восставший из небытия в новом юном теле светлейший князь Градов, прозванный Серым Генералом. Слишком амбициозный, слишком влиятельный, слишком много сделавший, чтобы наконец навести в стране порядок. Слишком сильно любимый и особой ротой, и гвардейскими полками, и рядовыми гражданами. Слишком…
Слишком много «слишком».
Вполне достаточно, чтобы заставить Елизавету усомниться. Особенно теперь, когда кто-то не только потрудился выдать ей мою тайну, но и вывернул все себе на пользу, разом превратив вчерашнего героя и защитника в коварного обманщика — а то вовсе в очередного претендента на российский престол.
Проклятье! А нужно ли мне вообще все это разгребать? Ведь если я просто исчезну, то все… Все закончится само по себе. Елизавета наденет корону, младший Гагарин получит очередной чин и должность в министерстве, да и остальные мои товарищи сделают блестящую карьеру. Старик Морозов тихо и мирно досидит оставшиеся до почетной пенсии годы на своем месте.
А героического прапорщика Острогорского, пожалуй, объявят пропавшим без вести. Может, через пять-десять лет даже снимут пару фильмов. И окончательно отправят туда же, куда в далеком две тысячи пятом ушел его тезка — Владимир Федорович Градов.
В историю.
И все. Больше никаких смертей, никаких драк, никаких жертв и сомнительных решений. Никакой серой морали… Вообще ничего. Я просто уйду — и вряд ли мои поиски продлятся так уж долго. Империя, наконец, получит долгожданный покой, а я — примерно сотню лет жизни где-то… там. Если повезет — с женщиной, которая готова ради меня отказаться от привычной жизни, княжеского титула и даже семьи.