В присутствии придворных и слуг сестры обменялись церемонными реверансами, и Анна, представив баронессу Шенли, поведала Изабелле о цели своего визита. Изабелла улыбнулась Деборе и сейчас же велела одной из придворных дам отвести для новой фрейлины комнату. Затем она ласково подхватила сестру под руку и увлекла в свои любимые покои в одной из башенок Савоя. Здесь они уселись в обложенные подушками кресла, а негритенок забился в угол за камином и застыл там в позе туземного божка.
– Прости, что Джордж не смог приветствовать тебя, – сказала герцогиня, когда они остались вдвоем. – Он вчера немного простыл, выпив холодного пива, и я обложила его грелками и перинами.
Сестры смеялись, но Анна подумала, что ее вполне устраивает такая ситуация, ибо Джордж обычно смущал ее своими дерзкими комплиментами и назойливым вниманием. Это заставляло Изабеллу нервничать.
Анна смотрела на сестру. Несмотря на все свое восхищение ею, она отметила, что та изменилась к худшему, черты лица утратили былую выразительность, а сухая кожа начала собираться вокруг глаз ранними морщинками. Но сами глаза – прекрасные, эмалево-голубые – были все такими же. Вместе с тем с годами на кротком лице Изабеллы проступила какая-то тень вечного недовольства, а в уголках губ залегли складки, придававшие герцогине брюзгливое выражение. «У нее самые роскошные волосы в Англии, – думала Анна. – Чистое золото, а она так усердно прячет их под головной убор и так высоко выбривает лоб – почти до темени! Эта мода – пятилетней давности, во Франции она воспринимается уже едва ли не как дурной вкус».
Анна попыталась высказать все это сестре, но та лишь отмахнулась с досадой:
– Пустое! Я хочу сказать о другом. Я не стала отчитывать тебя при слугах. – Голос Изабеллы стал строже. – Однако на правах старшей сестры отмечу, что бродить пешком по Лондону наследной принцессе никак не годится. Дева Мария! Что станут думать о тебе подданные, когда ты то и дело роняешь королевское достоинство, разгуливая, словно какая-то служанка, и заглядывая во все лавчонки?
Анна пожала плечами.
– Но ведь и отец делает то же, что не мешает ему оставаться великим коронатором.
– Но он не является наследником престола!
– Нет. Но он выше – он Делатель Королей!
Изабелла откинулась в кресле.
– С тобой всегда было трудно, Нэн. Я думала, когда ты повзрослеешь и поумнеешь, это пройдет.
– Ты хочешь сказать, что я глупа, как гусыня? – подняла бровь Анна.
– Упаси Бог! Я не осмелилась бы сказать такое члену королевской семьи.
– Но ведь подумала же, – засмеялась Анна и, видя, как растерялась сестра, подошла и обняла ее. – Не стоит, Изабель. Мы не виделись почти неделю, и я пришла, потому что соскучилась. Ты знаешь, что для меня ты всегда самая совершенная леди, и я всему учусь у тебя.
Изабелла смягчилась, ласково погладила сестру по щеке и спросила:
– Ты была на мессе в соборе?
– Да. И знаешь, я беседовала с твоей свекровью, герцогиней Йоркской.
– Бр-р… Что заставило тебя заговорить с этой старой шлюхой?
У Анны округлились глаза.
– Бог с тобой, Изабель! Ты ведь всегда звала ее матушкой, вы души не чаяли друг в друге!
– Могла ли я предполагать, что она сотворит такое! … Силы небесные! Так опозорить всю семью!
– Насчет семьи это спорно, – задумчиво сказала Анна, – но, кажется, то, что Эдуард объявлен незаконнорожденным, вас с Джорджем должно только радовать. Вы должны быть признательны герцогине, ведь теперь вы стали не только первыми в семье, но и первыми после Ланкастеров, имеющими права на трон.
Изабелла несколько минут ничего не могла ответить.
– Помилосердствуй, сестра, – пробормотала она наконец. – Мне это и в голову не приходило… Ради всего святого, не вини меня ни в чем. Ты наследная принцесса, а я…
Анна даже растерялась от того, как поразили и испугали сестру ее слова.
– Я и не помышляла о престоле, – твердила Изабелла. – У власти Ланкастеры, а мы всего лишь боковая ветвь Плантагенетов, все, на что может рассчитывать Джордж, – это по праву законного наследника получить титул и владения своего отца.