И тут я включаюсь! Наконец-то!
– Пожалуйста, не трогайте нас! Мы ничего плохого не сделали, мы просто хотим жить! – закрываю собой сестрёнку, инстинктивно толкая её за спину.
– Предлагаешь мне просто уйти и забыть, что мы встречались? Нет, красотка, так не получится! – смеётся негодяй. – Придётся платить за молчание!
– Я согласна! – подходя к нему ближе, говорю я. – На всё согласна, только не трогайте нас! И не говорите им, – киваю в сторону его друзей.
– Ну, это будет стоить дорого, – он начинает торговаться и его пальцы уже прогуливаются по моему телу, – Очень дорого!
– Думаю, мы договоримся! – испуганно смотрю на него и задираю майку, обнажая свою юную грудь.
Он сразу же начинает лапать меня, пытаясь насладиться каждым движением своих ладоней. Ему явно нравится моя грудь, пусть слегка изуродованная предыдущими насильниками, но в условиях такого Мирового кризиса, такая желанная для такого “крутого” парня, как этот придурок.
– А ты смышлёная! – радостно говорит незваный гость и идёт на меня.
– Пожалуйста, только не при ребёнке! – с ужасом говорю я.
– Ну, извини, красавица, тут тебе не гостиница, выбирать не приходится! Или ты хочешь выйти на улицу? Братва оценит твою жертву! – недовольно ворчит мужчина и жадно изучает лапищами моё тело.
– Иришка, милая! – со слезами на глазах обращаюсь к сестре, – Поиграй с рыжиком под одеялом! Залезь с головой и не выглядывай, хорошо?
Испуганная сестрёнка недоверчиво косится на мужчину, но идёт по направлению к кровати.
– Не выглядывай, даже если я буду кричать, поняла? Это такая игра! Просто спрячься, пока я не позову тебя!
Уложив её и прикрыв одеялом, я поворачиваюсь к мужчине. Сейчас мне предстоит обслужить его, и если повезет, то он сдержит своё слово и не выдаст нашего местоположения своим дружкам!
– Как тебя звать-то? – грубо спрашивает он.
– Кира…
– Меня можешь звать Медведем. – он говорит это с таким серьёзным лицом, что у меня не остаётся сомнений в том, что это его реальное погоняло.
– Как скажите, – не смея у него переспрашивать, почему он получил это имя, я просто жду, когда он начнёт приставать ко мне более активно.
– Я так давно не был с женщиной! – дрожащим голосом шепчет он мне на ухо, – Какая же ты сладкая!
Его поганый язык заползает в каждую расщелину на моём лице. Он облизывает мне уши, щёки, губы. Когда он начинает вторгаться в мой рот, мне становиться совсем плохо.
Он толкает меня вниз и расстёгивает свою ширинку. Быстро достаёт свою дубинку и начинает водить ею по моим губам.
– Приступай! Если хорошо отработаешь, то я принесу вам позже еды!
Я приступаю к выполнению его просьбы и отработке нашей свободы. Мне нужно удивить этого человека и доказать ему, что в его же интересах пользоваться мною в одиночестве. Для меня это тоже наиболее выгодный расклад: лучше обслуживать одного этого товарища, чем всю толпу головорезов.
Провожу руками по его ногам снизу вверх, и прикасаюсь губами к его члену. Мужчина вздрагивает и начинает стонать. Запах от его паха заставляет мой желудок быстро-быстро сокращаться. Кое-как не удаётся взять себя в руки успокоить разбушевавшейся организм.
Дотрагиваюсь до его паха губами и нежно поглаживаю этот жалкий предмет его гордости. Стараюсь помогать руками, надеясь, что мужчина побыстрее кончит. Я сжимаю его член у основания и ласкаю яички, переминаю их, провожу пальцами, параллельно посасывая головку.
Медленно обнажаю головку члена и всматриваюсь в неё. Пытаюсь представить, что передо мной член моего любимого покойного Альфы. Она прямо перед моим лицом, такая огненная!
Сложно обмануть свой мозг, ведь запах выдаёт этого самца и я прекрасно знаю, что передо мной сейчас один из убийц-головорезов. И я вынуждена теперь удовлетворять его, чтобы выжить. Наши жизни теперь зависят от этого человека, а я даже не знаю, кто он!
– Да, давай девочка, давай! Целуй его! Ласкай! – стонет гость, переминаясь с ноги на ногу.
Продолжаю нежно прикасаться к нему губами и добавляю к ласкам свой язычок. Может быть я уже принюхалась, но запаха уже такого резкого не чувствую. Это радует.
Закрываю глаза и покрываю поцелуями весь член от головки сверху вниз, спускаясь до самых яичек. Его пушистые шарики пахнут ещё ужаснее, чем член, и каждый раз, когда я дохожу до них, меня тянет блевать.
Мужчина улетает в космос от каждого движения моего языка. Я ещё никогда не видела, чтобы человек так радовался чему бы то ни было в жизни!
Я старательно вывожу круги языком по головке члена, обхватываю его губами и делаю глубокий вдох. Мне осталось только сделать то, что поможет мне окончательно обезоружить этого самца: погрузить его ствол глубже. Сдерживая потом слюней, начинаю насаживаться ртом на его детородный орган. Считаю до трёх, затем освобождаю его. А потом повторяю процедуру раз за разом.