По отдельным странам сейчас пробежимся. В смысле заболеваемости коронавирусом. Так, первенство Соединенные Штаты удерживают – пятьсот восемьдесят две тысячи, за ними Испания – сто семьдесят тысяч, далее – Италия – почти сто шестьдесят тысяч заболевших, Франция на четвертом месте, за ней Германия.
– На Алтай и Чукотку бы сейчас…
– А, чем, Сергей, они тебе так нравятся?
– Заразившихся коронавирусом там сегодня, Сов, нет. Чистые, можно сказать, территории.
– Да, повезло им…
– Смотри, Сов, как уклад жизни то меняется – россияне теперь сами дома могут пасхальные куличи святить, нужно только мирянину перед домашней пасхальной трапезой трижды тропарь Пасхи пропеть. И все – кулич освящен. Таким образом можно освятить и другую традиционную праздничную еду – яйца, пасху… Пошатнулись устои, все меняется. Причем быстро то как.
– Сергей, а ты ведь в своем магазине специальную разметку не сделал, на штраф нарвемся, к гадалке не ходи.
– Маловероятно, мы же закрылись еще до введения такой профилактической меры. Но, красный скотч я уже приготовил. Как только разрешат магазин открыть – сразу противовирусную разметку нанесем. Правильная это мера. Вон в Москве уже и метро разметили, и в поездах РЖД норму рассадки пассажиров меняют – в купе только двух пассажиров будут сейчас возить…
– А, в армии то вашей, как дела?
– Солдат – всегда солдат. Про коллег, космодесантник, беспокоишься, сердце за них болит? Сейчас, подожди, поищу. Ага, нашел – свежих данных не обнаружил, вот только за тридцатое марта – трое болеют. Прапорщик, полковник и мичман. Двое в больнице, один лечится на дому. Как дела сейчас, не могу найти информации, но если что попадется – вместе увидим. Помню я, как у вас солдаты болели, сам мне рассказывал. Но, если что, госпитали у нас готовы, так Минобороны сообщает.
Посмотрели еще материалы по вирусу разные. Много про эпидемию пишут.
– Слушай, Сов, я, пожалуй, сегодня в магазин не пойду. Хлебушек у нас еще есть, остальное тоже.
– Правильное решение. Сидим дома, здоровее будем.
Глава 68 Механические символы эпохи
Раньше или позже, но победим мы это коронавирус.
Не то еще побеждали, кочевников разных бивали, да и просвещенных европейцев тоже, ну тех, которые к нам с мечом приходили. От оного и погибали.
Но, кроме мечами опоясанных европейцев, есть еще и жители Европы, условно назовем их хорошими. Вот с этими самыми хорошими европейцами мы и мирно торгуем, что-то у них покупаем, что-то им продаем.
Позвонил с утра в Париж. Заказов сегодня никаких не делал, продать бы то, что в закрытом сегодня моем магазине на полках стоит и в витринах выложено. Падает постепенно платежеспособный спрос россиян на винтаж и антиквариат, не относятся они к базовым приоритетным потребностям соотечественников. Хлебушек, молочко и маслице сегодня в фаворе. Ну и любимый наш продукт – гречка.
Про ее родную, даже коронавирусный анекдот Константин мне сегодня рассказал. Спрашивает Мюллер Штирлица, почему, когда во время эпидемии коронавируса все жители рейха туалетную бумагу мегаупаковками скупали, он, Штирлиц, затаривался в промышленных масштабах гречневой крупой…
Ну, а что, мы такие – гречку покупать, это у нас в крови, инстинкт у народа целой страны за долгие годы своеобразный выработался. Кроме нас ее особо то никто и не ест, разве что беднота в Индии. Там они нашу любимую гречку горькой кашей называют. И еще, жарят они ее, индийцы эти самые, гречку нашу родную, извращаются над ней по полной программе.
В Китае, Корее и Японии для приготовления пищи используется гречневая мука, не ядрицу они предпочитают, а потребляют перемолотую гречку. Корейцы, в частности, пекут из такой муки сладкие пышные булочки – саэ ме дук, а японцы готовят лапшу коричневого цвета. Пробовал – вкусно.
В Северной Америке и Европе гречкой кормят фазанов, оленей и некоторых домашних питомцев, считается, что гречка – это не человеческая еда. Диабетикам ее там еще в аптеках продают, есть гречку здоровому европейцу считается, ну как бы странным…
Когда приедет к вам в гости друг из Франции, гречкой его не кормите – не поймет… Нет у него такого пищевого пристрастия, итальянской пастой он лучше себя побалует.
Что-то я все про еду, да про еду, а – время обеда подходит, вот и навеяло.
Вернемся к Парижу. Вместо заказов товара для магазина, я сегодня все больше интересовался, а им то сейчас что надо? Что в их антикварках покупают? А пока ничего, от слова совсем. Все закрыто, сидят мои знакомцы, в карантине винцо попивают, совмещают полезное с приятным.