Вот и хорошо. Вот и замечательно. Шкет с волосатыми ушами, точно только и ждавший этого момента, появился перед Русланом и опасливо потянул его за руку, не произнеся ни слова. Они прошли несколько кривых улочек, утыканных многочисленными домами-близнецами, пока не остановились возле огромного хлева. Животный дух здесь был такой сильный, что кинетик задержал дыхание и зажал рукавом нос. Пацаненок удивленно посмотрел на странную выходку незнакомца и отворил огромные ворота. Точно только этого и ожидали, оттуда вывалились все телекинетики, ютившиеся в помещении вместе с лошадьми.
— Я думал, что умру.
— Как-будто в деревенском сортире искупался.
— Вонь адская.
— Вы бы заткнулись, тут девушка, как-никак, — сердито отозвалась Ольга.
— Держи, — протянул Руслан мальчику три серебряные монеты. Тот схватил, не веря своему счастью, собрался припустить что было духу, но телекинетик глазами остановил его. — Об этом никто не должен узнать. Ты понял?
— Да, да, ваша светлость.
— Я не светлость. Я Мёнемейстер «черных душ».
— Я знаю, милорд, знаю. Не убивайте меня, пожалуйста.
— Не буду, — успокоил его Руслан. — Отдашь два серебряных топора тем, кто увел солдат. Когда вернутся, один возьмешь себе. И намекни, что лучше держать язык за зубами. Понял?
Малец кивнул, после чего Руслан отпустил его. Еще секунда, и от отпрыска хозяина гостиницы остались лишь клубы поднятой пыли.
— Чего ж ты так с ребетенком строго? — лукаво спросила Ольга.
— А потому что на сто процентов в этом мире работает лишь один инструмент — страх, — сухо ответил Руслан. Несмотря на обманутых преследователей, настроение у него было поганое. — Все на лошадей. Надо ехать.
Покидали они Заячий город стороной, особо не спеша, чтобы не привлекать внимания. Отъехав на порядочное расстояние, кинетики пустились самым резвым галопом, пока не покинули дол. Лишь наверху, где дорога раздваивалась, Руслан взял вправо, и лошади перешли на рысь. Лжекинетики увели стражников влево, в леса, за которыми начинались владения сира Гейлехина, а им нужно было двигаться к Горе Богов. Через несколько километров дорога разошлась еще раз, только теперь в три стороны, одна из которых была вымощена камнем и вела в столицу. Но Мёнемейстера она не заинтересовала, он потянул поводья вправо и выбрал крайний проселок. Теперь больше сворачивать никуда не придется. Три дня пути, и они у Горы Богов.
— Таки даже название такое! Гора Богов!
Канторович возвел руки к небу, точно Зевс, требующий у грозовых туч молний. Руслан устало посмотрел на этого клоуна с идиотской короной на голове и вздохнул. Да уж, союзничек.
— Миша, ты когда успел Богом стать?
— Руслан, ты не понимаешь. Это знак, судьба. Мы приходим в мир и селимся на горе, у которой даже название такое.
— И чего это за знак?
Мимо проходили нагруженные поклажей его телекинетики, воротившиеся из очередного Окна, уже третьего по счету. Вернуться обратно на землю стоило немалых усилий. Эта Кантия оказалась в определенном смысле паркгаузом близ многочисленных железных путей — многие Окна вели именно сюда. А вот чтобы выпрыгнуть в свой родной мир, приходилось немало поплутатать по чужим мирам. Роман Валерьевич мог предсказывать появление новых Окон, подчас даже ждать долго не приходилось. Единственное и довольно весомое НО — ясновидец не знал, куда они ведут. Как он говорил, слишком много «исходных данных», которые не в состоянии был обработать даже он.
— Что мы должны, просто обязаны, изменить этот мир. Сделать его более цивилизованным.
— Миша, — Руслан приблизился к Канторовичу. — Мы сколько раз уже разговаривали. Мы здесь никто, гости, если можно так выразиться. Здесь все развивалось тысячу лет без нашего вмешательства, пусть так и будет.
— Это глупо! Глупо закапывать свой талант в землю, глупо сидеть сложа руки, когда реальная власть сама в них идет.
— К кому идет? К тебе? — усмехнулся Руслан.
— Таки хоть и ко мне.
— Миша, ты, конечно, неплохой руководитель, но мессию из тебя не строй. Тебе что, плохо живется?
— Руслан, неужели ты не понимаешь, можно жить еще лучше.
— Ага, и так до бесконечности. Чем больше получаешь, тем большего хочется. Это всегда так.