— Уважаемый Фархад, — начал я, отвешивая вежливый поклон, — рад вас видеть... — и тут же запнулся, поймав его насмешливый взгляд.
— И тебя рад видеть, мастер Андрей, — Фархад поднялся с кресла, но в голосе его звучали смешинки. — Хотя, признаться, мы сегодня уже виделись. При довольно... интересных обстоятельствах.
Замер, перебирая в памяти события. Канализация, огненные шары, погоня... Точно! Это было сегодня! Чёрт, как же я мог забыть? Щёки предательски заалели.
— Простите, уважаемый Фархад, — пробормотал я, — просто... впечатлений много.
И только сейчас, окончательно придя в себя, я огляделся.
Помещение, в котором я оказался, было светлым и богато украшенным. Высокие стрельчатые окна пропускали мягкий дневной свет, играющий на золотых узорах, покрывающих стены. Мраморный пол устилали роскошные ковры ручной работы. В воздухе витал тонкий аромат благовоний.
Но главное — люди.
Четверо. И каждый выглядел так, будто сошёл со страниц восточных сказок.
Первый — высокий, статный мужчина с густыми чёрными бровями, мужественным лицом и ярко выраженными скулами. Чёрная бородка аккуратно подстрижена, в чёрных волосах поблёскивает золотая нить. Одет он был в роскошный халат тёмно-вишнёвого цвета с золотым шитьём. В руках он держал что-то, напоминающее гитару — восточный струнный инструмент с длинным грифом и округлым корпусом. Он явно только что играл, но, увидев портал, замер, так и оставив пальцы на струнах.
Второй возлежал на низком диванчике, обложенный подушками. Крупный мужчина с рыжеватой бородкой и лёгким намёком на избыточный вес, который, впрочем, нисколько не портил его внушительного вида. Одежды на нём были не менее роскошными. В руках он держал небольшую книгу в драгоценном переплёте, но сейчас всё его внимание было приковано ко мне.
Третьей была девушка.
Красивая. Нет, не так — очень красивая. Чёрные как смоль волосы, уложенные в изящную причёску, перехваченную алой лентой. Утончённые черты лица, большие миндалевидные глаза, в которых плясали лукавые искорки. Платье на ней было достаточно вольным — из тонкого шёлка, с глубоким вырезом, подчёркивающим то, что девушка явно не стеснялась своей красоты. Она смотрела на меня с откровенным любопытством и чуть заметной улыбкой, от которой у меня внутри что-то ёкнуло.
Четвёртый сидел напротив стола Фархада за низким столиком на подушках. Пожилой мужчина с длинной седой бородой. На носу у него сидели маленькие круглые очки, из-под которых на меня смотрели живые, умные глаза. Он разглядывал меня с интересом учёного, изучающего новый экземпляр.
— Позвольте представить, — Фархад обвёл рукой присутствующих. — Наш новый «Луч». Сильный пространственный маг, мастер Андрей. И сегодня он уже принял участие в захвате опасного преступника. Проявил себя отлично.
Почувствовал, как от этих слов внутри разливается приятное тепло.
Фархад подошёл к высокому мужчине с инструментом.
— Это Карим ибн-Саид, — он с уважением кивнул в сторону мужчины. — Первая Сабля Шамсахара. Его прозвище говорит само за себя.
Первая Сабля. Я невольно скользнул взглядом по роскошной сабле в драгоценных ножнах, что лежала рядом с ним на специальной подставке. Опытный боец, и явно не простой. Интересно, какой магией он владеет?
— Первая Сабля, — повторил я, рассматривая мужчину. — Должно быть, вы лучший фехтовальщик столицы?
Карим усмехнулся, и в усмешке его не было скромности.
— Лучший — громко сказано. Но те, кто пытался это оспорить, уже не спорят.
Фархад хмыкнул, но не опроверг, перешёл к диванчику.
— А это Надир аль-Рахим, — он указал на крупного мужчину с книгой. — Дарующий Жизнь.
Надир приподнялся на локтях и кивнул мне. За его поясом я заметил массивный шестопёр, украшенный золотом и драгоценными камнями.
— Маг Жизни, — добавил Фархад, и в его глазах мелькнула лукавая искорка. — И пусть тебя не вводит в заблуждение его прозвище. Тот, кто дарит жизнь, знает, как её забрать. И умеет это делать виртуозно.
Надир усмехнулся в бороду, довольный такой характеристикой.
— Дарующий Жизнь, — произнёс я, глядя на крупного мужчину с книгой. — Вы лекарь?
Надир поднял голову, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на усталую мудрость.
— Лекарь лечит раны, молодой мастер. Я же… возвращаю жизнь. Или забираю. Смотря по обстоятельствам.
Он снова уткнулся в книгу, давая понять, что разговор окончен.
Фархад подошёл к девушке, и та грациозно поднялась с диванчика, на котором сидела до этого.