— Дуэль? Магическая дуэль между... прости, между кем и кем?
— Между мной, безродным селянином, и высокородным огневиком с боевого факультета, — ответил я, и на моих губах появилась невесёлая усмешка. — По всем законам сословного общества такой дуэли не могло быть в принципе. Я и апеллировал к наставникам, мол, так не положено. Но там, видимо, решили, что показательная порка безродного выскочки — это очень интересное и забавное мероприятие.
— И чем же закончилась эта... показательная порка? — спросил Фархад, и в его голосе послышались нотки, которые я не мог идентифицировать — то ли любопытство, то ли восхищение.
Я посмотрел ему прямо в глаза.
— Мой соперник погиб. Ну, погиб и погиб, с кем не бывает. Но он был... высокородным. Это стало проблемой.
Фархад на мгновение замер, переваривая информацию, а потом его лицо озарилось искренним, живым интересом.
— Погоди, погоди, молодой мастер. Это самое интересное. Как? Как безродный ученик-портальщик смог противостоять боевому магу-стихийнику?
Я немного замялся, но решил не скрывать. В конце концов, это была моя техника, моя гордость, и скрывать её здесь, на этой уютной террасе, не было смысла.
— Я использовал портал как щит, — начал я, снова беря в руки пиалу. — Все его огненные шары, стрелы, копья — всё это влетало в открытый мной портал и выходило скрытно в отдалении. Он атаковал, но не видел, куда уходит его сила. А когда он решил применить самую мощную технику, которую только мог сотворить... — я сделал глоток чая, — я принял её в портал. Но выходной портал разместил прямо у него за спиной.
На лице Фархада расцвела широкая, одобрительная улыбка.
— Остроумно, — протянул он, смакуя слово. — Необычно. Свежо, я бы даже сказал. Позволить магу самому себя уничтожить... — он покачал головой. — Да, такого я ещё не слышал.
— Ты говоришь об этом так, будто пересказываешь чужую историю, — заметил Фархад, наливая мне чая. — А сам? Как ты к этому относишься?
Я задумался. Никто раньше не задавал мне этого вопроса.
— По-разному, — признался я. — Иногда кажется, что я просто защищался. Иногда… снится. Не сам бой. А лица тех, кто смотрел. Наставники, другие ученики. Они знали, чем всё кончится. Им было любопытно.
Фархад покачал головой.
— Свидетели, которые не вмешались, чтобы остановить преступление, — такие же преступники, молодой мастер. Запомни это.
Я улыбнулся в ответ, чувствуя, как напряжение отпускает.
— После этого Академия решила замести дело побыстрее. Знали, что я хороший портальщик, поэтому не стали казнить или сажать в темницу. Просто сплавили с глаз долой в дальнее баронство, с запретом на посещение столицы Империи. И всё.
Фархад слушал, не перебивая, лишь изредка кивая и прихлёбывая чай.
— В баронстве я работал на барона, открывал порталы для его торговых караванов, — продолжил я. — А в свободное время, спасибо старому трактату магистра Альдрика, научился изготавливать артефакты. Пространственные сумки, камни возвращения... Потихоньку встал на ноги.
Я немного помолчал, собираясь с мыслями, и добавил:
— Правда, однажды на меня напали трое наёмников.
— Наёмников? — Фархад приподнял бровь. — Это интересно. Расскажи-ка поподробнее.
— Да чего там подробного, — я небрежно махнул рукой. — Двоих я срезал порталами. Вернее, они сами на них наскочили. А третьего... — я усмехнулся, — застрелил из его же арбалета. Он так испугался, что сам мне его отдал. Как-то так.
Фархад хмыкнул, и в его глазах мелькнула лукавая искорка.
— Забавно получается, мастер Андрей. Все твои противники как-то... неудачно погибают. — Он сделал паузу и добавил: — Но такое случается. Нередко, скажу я тебе.
Я кивнул, соглашаясь.
— Дальше — больше. В портовом городе я встретил заморского купца Шахрияра аль-Джанаби. Он рассказал мне о Шамсахаре. И, что важнее, предложил продавать ему мои артефакты в два раза дороже, чем покупал барон. Видимо, барон неплохо на мне наживался.
Я допил чай, и Фархад жестом велел слуге наполнить пиалу снова.