Сытый и довольный, я прилёг на подушки и незаметно для себя забылся приятным, добрым послеобеденным сном.
Глава 18
18
Проснулся я с мыслью: а что, собственно, тянуть? По всей видимости, начальник сегодня уже не вызовет. Заметил слугу и подозвал его:
— Карим, пригласи учителя фехтования.
— С удовольствием, молодой господин, — ответил слуга. — Тем более что он живёт недалеко.
В ожидании я остался на террасе, но нетерпение быстро взяло верх. Спустился во двор и замер у ворот.
Наконец ворота открылись. Карим пропустил вперёд представительного мужчину и только потом вошёл сам.
При виде учителя я слегка смутился. Несмотря на богатые одежды — роскошный халат тёмно-синего цвета с искусной вышивкой серебряными нитями, руки, унизанные перстнями, — сама фигура мужчины выглядела немного комично. Невысокого роста, с явным избыточным весом, он больше походил на удачливого купца, чем на мастера клинка.
Но я вежливо поздоровался:
— Мир вам, уважаемый...
— И вам мир, молодой господин! — ответил учитель с восточной витиеватостью, низко кланяясь. — Да будет благословен этот вечер. Меня зовут Рашид аль-Саиф, и я наслышан о вашем желании приобщиться к благородному искусству владения клинком.
Только после этих слов он обратил внимание на моего слугу, который держал в руках продолговатый свёрток.
— Позволите начать? — спросил Рашид.
— Конечно, уважаемый.
Учитель взял свёрток, развернул его и извлёк две тренировочные сабли — деревянные, с утолщёнными лезвиями, но точно повторяющие форму настоящих. Одну он передал мне, вторую взял себе.
— Начнём с основ, — его голос звучал спокойно и уверенно. — Стойка. Ноги на ширине плеч, слегка согнуты в коленях. Корпус развёрнут, но не закрепощён. Сабля — продолжение руки, а не отдельный предмет.
Я попробовал принять нужное положение. Рашид подошёл, мягко поправил мою руку, чуть развернул плечи.
— Хорошо. Теперь — хват. Не сжимайте рукоять мёртвой хваткой, иначе быстро устанете. Пальцы должны быть упругими, но расслабленными.
Он показывал, я повторял. Потом перешли к элементарным движениям.
— Вот этой частью лезвия, — учитель провёл пальцем по деревянному клинку ближе к концу, — наносится самый сильный и эффективный удар. Центр тяжести смещён, и если правильно вложить силу...
Он сделал выпад, и деревянная сабля рассекла воздух с лёгким свистом. Красиво, чётко, без лишних движений.
Потом были простые выпады, элементарные уходы от атаки, блоки. Рашид показывал не спеша, спокойным, приятным голосом объясняя каждое движение. Иногда он брал мою руку в свою и управлял ею, чтобы я прочувствовал правильную траекторию.
Время пролетело незаметно.
Закончив ознакомительный урок, учитель вежливо, но с лёгкой неуверенностью в голосе, заметил:
— Молодой господин, позвольте сказать прямо... Ваши руки слабы. Несмотря на возраст, вам необходимо развивать силу.
Он снова полез в свёрток и достал металлический стержень — увесистый, с утолщениями на концах. Протянул мне. Я взял — и сразу почувствовал тяжесть.
— Вот это, — Рашид показал несколько простых упражнений, — нужно делать ежедневно. Только так появится сила, необходимая для уверенного владения клинком.
Я кивнул, запоминая движения.
— Но в целом, — добавил учитель с одобрением, — вы очень хороший ученик. Повторяли всё верно, схватываете на лету. Надеюсь на дальнейшее обучение.
Мы вежливо распрощались, и Карим проводил учителя до ворот.
Вернулся слуга быстро.
— Оплатил услуги учителя, молодой господин. Два серебряных, как договаривались.
— Отлично, Карим.
— Не желаете ли поужинать? — спросил он. — Вы, наверное, проголодались после занятий?
Прислушался к себе и с удивлением обнаружил, что зверски хочу есть.
— С удовольствием, Карим. С огромным удовольствием.
Закончив с ужином, я сразу занялся наполнением силой магических артефактов, которые изготовила Лейла. Рабыня трудилась весь день, и теперь на столике передо мной лежали шесть новеньких пространственных сумок и две половинки камня возвращения. Я привычно пропустил через себя силу из нитей, вливая её в каждый артефакт. Процесс давно уже не требовал особого напряжения — руки делали всё на автомате, а мысли могли течь свободно.
Готовые артефакты с почтением забрал Карим.
— Завтра же продам, молодой господин, — пообещал он.
Кивнул, и слуга удалился.