Карим замахал руками:
— О нет, господин, не могу. Мне ещё ингредиенты и заготовки для артефактов докупить. Я ж ненадолго отлучился, а дел ещё очень много — надо всё успеть.
— Это правильно, — согласился я. — Материалы всегда должны быть в наличии. Ладно, занимайся, а я домой.
Отошёл чуть в сторону, открыл портал и шагнул на террасу своего дома. Зашёл под навес, уселся на мягкие подушки и приготовился ждать возвращения слуги.
На этот раз ждать пришлось долго. По ощущениям — больше часа, а может, и около двух. Но когда Карим наконец появился, он сиял, как медный таз. Мешок с ингредиентами он оставил во дворе, а сам поспешил на террасу.
— Молодой господин! — выпалил он, едва переведя дух. — У меня практически всё готово!
Он положил на стол небольшой свиток. Я взял его, развернул и принялся читать.
Договор был составлен грамотно, витиеватым восточным языком. «Я, Фардис ибн-Халиль, нижеподписавшийся, обязуюсь...» Дальше шли условия: стоимость аренды лавки, которую Фардис оплачивает самостоятельно, распределение долей — две трети господину Андрею, одна треть — Фардису. И, самое главное, взнос уважаемого господина мастера Андрея в размере ста золотых динаров.
На этом моменте я поднял голову и посмотрел на Карима.
— Мы что, уже располагаем такими средствами?
Карим расплылся в довольной улыбке:
— Да, господин. Уже располагаем.
Я довольно хмыкнул, взял только что принесённое Каримом перо, обмакнул в чернильницу и размашисто вывел внизу свитка: «Андрей». Карим тут же бережно забрал документ.
Дальше день потёк своим чередом. Обед, послеобеденный сон, занятия фехтованием с учителем, ужин, насыщение артефактов силой, упражнения для рук, небольшая прогулка в саду, купание в бассейне и отправление в спальню.
Следующие три дня протекали ровно так же, как и было заведено, но с одним отступлением. Каждое утро, завершая прогулку, я заходил в ту самую лавку, совладельцем которой теперь был.
И каждый раз отмечал изменения. Сначала шёл косметический ремонт — рабочие белили стены, красили прилавки. Потом появились новые стеллажи, витрины. Затем их начали наполнять артефактами — нашими пространственными сумками, камнями возвращения, линзами искажения. А на третий день над входом появилась яркая вывеска.
На тёмно-синем фоне золотыми буквами было выведено: «Артефакты Фардиса». Вокруг надписи искусный мастер изобразил магические символы — светящиеся руны, парящие в воздухе, свитки с тайными знаниями и, конечно, несколько пространственных сумок, парящих в невесомости. Выглядело богато, таинственно и привлекательно.
Сам Фардис неизменно присутствовал в лавке. Каждый раз, завидев меня, он низко кланялся и очень вежливо, почтительно приветствовал. Человек он был неброский, но с живыми, умными глазами — сразу видно, дело своё знает.
На третий день всё было готово. Артефакты сияли на витринах, вывеска радовала глаз, в лавке царили чинность и благодушная атмосфера. Я стоял у прилавка, разглядывая плоды наших трудов, и вдруг заметил первого покупателя — солидного мужчину в дорогом халате, который с интересом рассматривал витрину снаружи.
Я постарался не смущать посетителя и, тихо выскользнув из лавки, открыл портал прямо на террасу своего дома.
Карим уже ждал меня.
— Как дела в лавке, молодой господин? — поинтересовался он, заметив моё довольное лицо.
— Лавка открылась, — ответил я. — И я даже увидел первого покупателя.
— Очень хорошо, молодой господин! — обрадовался Карим. — Позволите предложить вам утолить жажду?
— Да, пожалуй, — кивнул я.
Слуга принёс прохладное разбавленное вино, и я, потягивая его, отметил про себя, что всё складывается более чем хорошо. Есть производство, есть сбыт, золотой поток расширяется. Эти мысли приятно грели душу.
Обед, как всегда, был великолепен. Баранина с овощами, рассыпчатый рис, свежие лепёшки. Наевшись, я прилёг отдохнуть и привычно провалился в послеобеденный сон.
Проснувшись, позанимался с мастером фехтования. Рашид аль-Саиф, как всегда, начал урок с закрепления предыдущих навыков — стойки, выпады, блоки. Рука уже привыкла к сабле, движения становились всё увереннее.
После ужина — огромного блюда с разнообразным мясом, которое я с трудом осилил, — я собирался спуститься во двор для физических нагрузок.
Но тут средний палец правой руки завибрировал.
Вызов.
Сразу поднёс ладонь к уху.
— Андрей, — раздался голос Фархада. — Ты мне нужен.
Интонация начальника меня насторожила. Обращение по имени, без привычного «Короткий Путь», — это было неспроста.