— А сами цифры не содержали подсказку? — спрашиваю я.
Дедушка улыбается.
— Очень хорошо, — говорит он. — Вот ты мне и скажи.
Я часто моргаю, чтобы глаза снова сделались нормальных размеров.
— Что сказать?
— Что ты заметила в этих цифрах?
Я смотрю на стол. До меня вдруг доходит: старое обугленное пятно похоже на птичку. Или, может, на кролика.
— Все числа состоят из трех цифр и не больше, — говорю я, нахмурившись. — Хм…
— Какое самое большое число?
Я еще раз открываю брошюру.
— Двести с чем-то, — говорю я, пролистав ее. — Ни одно из чисел не начинается с тройки.
— Превосходно. В кодированных документах вроде «Записок Била» встречаются очень большие числа. В первой из трех «записок» они добираются до 2000 и дальше. Значит ли это, что в данном случае был использован больший по объему текст? Или что текст изобилует редкими и необычными словами? Конечно, теперь мы знаем, что ключом к первой «записке» является американская «Декларация Независимости». Как бы то ни было, присмотреться к числам — один из лучших способов начать расшифровку.
— Ну и какую же книгу использовал Стивенсон? — спрашиваю я, отхлебнув чай из кружки.
— Ох, Алиса, — дедушка вздыхает и смотрит на свои руки. — Я не могу тебе этого сказать.
— Почему не можешь? Я буду молчать в тряпочку.
Он снова вздыхает.
— Боюсь, этого от меня никто никогда не услышит. Тебе я могу сказать только, что этой книги больше не существует и что мне пришлось буквально составлять ее самому по кусочкам, двигаясь в обратную сторону…
— Но ведь папе ты сказал!
— Нет, я ему не говорил. Он думал, что сам догадался.
— А он догадался?
— Нет. Но он и слышать не желал, что ошибся. А я не мог ему доказать, не рассекретив правильное решение.
Выходит, папа не вернется домой с сокровищем. Великолепно.
— Он нашел ответ в моем кулоне? — спрашиваю я, прикасаясь к нему под воротом футболки.
— Нет.
— Но кулон — ответ?
— Нет. — Дедушка снова раскуривает трубку. — Это ключ к ответу.
Когда он так разговаривает, я впадаю в ярость. Мне нужны ответы, а не загадки.
— Почему ты не можешь никому рассказать? Собираешься добыть сокровище тайно?
— Нет, не собираюсь. Я вообще не буду его искать — ни тайно, ни открыто.
— Не будешь искать сокровище! Почему?
— Алиса, деньги и вещи — не главное в жизни.
— Да, но…
— Знаешь, есть такое поверье, что пиратское сокровище всегда проклято. Не то чтобы я верил в сверхъестественные силы, но люди, которые ищут сокровища, редко находят счастье. Друзья и родственники начинают очень тобой интересоваться, стоит им узнать, что ты отправляешься на поиски сокровища. И можешь не сомневаться: когда вернешься, они потребуют от тебя не только любви и дружбы. Если вернешься с сокровищем, у тебя внезапно образуется целая куча новых друзей, а возможно, и родственников — людей, о существовании которых ты даже не догадывалась. Огромной толпе народа захочется иметь то, что имеешь ты. Конечно, это в том случае, если ты вообще вернешься домой живая. Сама посуди: ты отправляешься куда-то к черту на кулички и выкапываешь огромный сундук, полный старинного золота, драгоценностей и денег. Как ты все это повезешь? Где будешь хранить? И что вообще будешь с этим делать? В мире полно людей, которые — если бы они узнали, чем ты занимаешься, — запросто отобрали бы у тебя все это, а возможно, и убили бы. А может, тебе пришлось бы прибегнуть к ответному насилию, чтобы их остановить. И все зачем? Чтобы иметь личный плавательный бассейн и несколько норковых шуб? Все, что нам нужно, есть у нас и здесь — так зачем рисковать жизнью ради журавля в небе?
Один ноль в его пользу. Кажется, охотиться за сокровищами довольно жутко.
— А нельзя послать кого-нибудь другого? — спрашиваю я.
— Кого это, интересно? И сколько придется им заплатить? Если они откопают сокровище, чего ради им с ним расставаться? У них не будет стимула вернуться и его отдать, тебе не кажется?
— Блин. Точно.
Я слышу топ, топ, топ — бабушка спускается по лестнице.
— Ты уже рассказал ей про птичий заповедник? — спрашивает она дедушку.
— Какой птичий заповедник? — спрашиваю я.
— А, — говорит он.
— Что «а»?
— Ну, есть еще одна причина, почему я никому не скажу, где сокровище.
— Птичий заповедник?
— Да. Сокровище — если оно существует — находится на территории птичьего заповедника. Боюсь, именно из-за этого я всерьез поссорился с твоим отцом. Он посчитал, что раскопать естественный охраняемый хабитат каких-то там почти полностью вымерших птиц — невеликая цена за сокровище, которое нас ждет. Я не согласился. Когда я сказал ему, что именно поэтому не собираюсь искать сокровище — по крайней мере, это одна из причин, — он просто узрел в этом ключ и составил список всех птичьих заповедников, расположенных в подходящих местах Атлантики и Тихого океана, и попытался угадать, о каком из них идет речь. Боюсь, гнев мой был попросту страшен.