— Сейчас все будет. Держись крепче, — отвечаю ему, смотря на небо в сторону, откуда должны прилететь два грузовых челнока.
Еще несколько мгновений, и они показались, стремительно приближаясь. Штурмовики в воздухе сразу же среагировали на новую угрозу и бросились им на перехват. Несколько очередей выстрелов, и подбитые челноки устремились к земле. Если Эклайз все правильно просчитал, то рухнут они как раз на крупные скопления бойцов.
И нейросеть не ошиблась. Пара секунд, и челноки упали прямо на самые ожесточенные очаги сражения. А затем там прогремели мощные взрывы, расчистив мне дорогу. Дождавшись этого момента, срываюсь с места и на максимальной скорости несусь прямо туда, надеясь воспользоваться царящей неразберихой.
Мне кричали. По мне стреляли. А я только бежал. Выскочив за территорию больницы, не сбавляя скорости, продолжаю нестись дальше, выжимая из себя максимальную скорость. Кажется, еще немного, и сервоприводы брони начнут жалобно поскрипывать от нагрузки.
— Ты там живой? — спрашиваю у Варгула, после того как мы отдалились на пару километров от больницы, и слегка сбавляю скорость. Сделаю на всякий случай небольшой крюк по пути к разведботу.
— Живой, — донеслось до меня хриплым голосом.
Это хорошо. Я пусть и старался бежать как можно скорее, но по мне все равно попадали редкие выстрелы, и какой-то из них мог угодить в Варгула, несмотря на все мои старания. Но расслабляться еще рано, наш побег не остался незамеченным, и за нами отправили погоню. Причем, похоже, обе стороны сражающихся. Хотя не думаю, что они успеют доставить нам много проблем.
С помощью Эклайза делаю себя невидимым для всех местных систем наблюдения, которыми пользуются и мои преследователи. Нейросеть давно уже получила доступ ко всему, чему нужно. А перестав меня видеть, они сразу же растеряли львиную долю своего пыла и стали действовать наугад. Я же резко развернулся в нужном направлении и спокойно побежал к разведботу, конечно же не забывая следить за обстановкой.
— Неплохая машинка, — произнес Варгул, когда мы наконец добрались до разведбота и я сделал его видимым.
Несмотря на мои некоторые сомнения, добраться до него получилось, в общем-то, спокойно, только разок пришлось замедлиться, чтобы пропустить вражеский отряд. Мне кажется, они даже почти забыли про нас, пару раз столкнувшись и вступив в бой друг с другом. Понять, кто из них на какой стороне, у меня так и не вышло, внешне они выглядят, в общем-то, одинаково, никаких заметных отличий, бойцы как бойцы.
Засунув имперца в кабину и заняв место пилота, поднимаю разведбот в воздух. Вокруг вроде бы чисто, не видно истребителей или штурмовиков, несущихся сюда во весь опор, чтобы сбить нас. Осталось убраться с этой планеты, долететь до «Несокрушимого», и все.
Казалось бы, самое сложное уже позади, осталась мелочь, но судьба решила иначе. Стоило нам только подняться в небо и начать набирать высоту, как по всем местным каналам прошло сообщение о введении на планете режима полной блокады.
— А вот это плохо, — говорю вслух.
— Что такое? — с легкой тревогой спросил Варгул, устало сидящий в кресле.
— Они ввели полную блокаду, — отвечаю ему, срочно пытаясь придумать, что нам делать дальше, ведь просто взять и улететь больше не получится.
Это раньше можно было такое провернуть. Но теперь, когда введен режим блокады, все сенсоры колонии и станций рядом с ней и вообще все, что только можно, переведено в режим максимальной мощности и чувствительности. И реагировать они теперь будут на все хоть слегка подозрительное. Как бы ни был хорош разведбот, его как-нибудь да засекут. Особенно учитывая, что нам нужно покинуть планету, пройдя при этом через ее атмосферу.
Или плевать? Засекут и ладно? Точнее, это, безусловно, плохо, но, возможно, не такая уж катастрофа? Рискнуть или нет?
— Это плохо… — произнес Варгул, вырвав меня из мыслей.
А? Посмотрев на него, вспоминаю, к чему он это.
— У вас есть какие-то идеи, что нам делать? — спросил он.
— Идеи-то есть… — задумчиво протягиваю. Только, уверен, они ему не понравятся.
Идея у меня, собственно, одна — продолжать набирать высоту. А когда нас засекут, прорываться дальше, уповая на мощные движки бота, пока не доберемся до фрегата. Потом прыжок из системы, а затем видно будет. Идея рискованная, но и оставаться здесь в ожидании, когда появится возможность получше, — тоже такое себе. Неизвестно, сколько придется прождать и будет ли вообще эта самая возможность получше. Возможно, даже, наоборот, все наглухо перекроют, и не останется даже призрачного шанса улететь отсюда.