Влияние алкоголя исчезает в мгновение ока. Новость возвращает ее в ситуацию, которая и вызвала тоску.
Столько труда, и такой результат. Одна лишь бутылка на низком столике обещает Сюзанне поддержку, ничего не требуя взамен. Сюзанна старается не думать о том, что, по словам санитара, завтра Данте покинет ПСПП и, весьма вероятно, возвратится в корпус 38.
Глава 14
Доктор Ломан недооценила побочные эффекты снотворного. Она всегда отказывалась от лекарств, которые ежедневно прописывала своим пациентам, однако в сложившихся обстоятельствах приняла одно из них. Она просыпается со странным ощущением в голове — мозг как будто сжат таинственной силой. Слыша звонок будильника, Сюзанна удивляется, что одна, потом вспоминает вчерашний вечер и записку мужа. Автоответчик Жильбера — идеальный собеседник для нее, нейтральный, немой, много времени на разговоры не дает, пиликает, если она превышает лимит.
Внешняя сторона окружной, солнце высоко, асфальт и воздух уже плавятся от жары.
— Очень мило с твоей стороны оторваться от работы вчера вечером и сказать нам до свиданья. Эмма и я были очень тронуты. Папа тоже это отметил.
— Анжелика, я прошу прощения. Я сожалею. Не нужно драматизировать. Хорошо?
— Да, не нужно драматизировать. И не извиняйся. Я понимаю, тебе общение с больными предпочтительнее, чем общение с семьей. Это, должно быть, увлекательнее.
— Я уже извинилась. Позови мне твою сестру.
— Она спит.
— Это неправда. Позови Эмму.
— Она вышла.
— Объяснимся позже. Я должна с тобой проститься.
— Хорошо.
Дочь положила трубку. В шестнадцать лет Анжелика, как и ее отец, уже не лезет за словом в карман. Ее холодные ответы охладили пыл Сюзанны.
Под деревьями перед клиникой Анри-Колин на редкость много машин — это ее тревожит. Жаркий воздух давит, а трагическое лицо Жизели добавляет нервозности.
— Они в кабинете Элиона.
— Кто?
— Манжин, еще один врач — наверное, председатель Комиссии медицинского контроля, — и другие.
В час ежедневного совещания в кабинете патрона сотрудники Службы уступили место шести персонам, которых Сюзанна никогда прежде не видела. Первым делом она замечает, как напряжены Элион и все прочие.
— Входите, Сюзанна, — говорит патрон, когда она заглядывает в приоткрытую дверь. И когда она ступает в кабинет: — Познакомьтесь с судьей Ван ден Бруком, прокурором Республики.
Сюзанна пожимает руку толстому человечку: каштановая прядь плохо прикрывает его плешь, эритема съела половину щек, подвижные глаза прячутся за очками в черной оправе. Не поймешь, сколько ему лет. Где-то между тридцатью пятью и сорока восьмью.
— …и майором Мельшиором из бригады уголовного розыска. Он ведет следствие по делу в аквариуме Трокадеро.
Полицейский, работающий под руководством Стейнера, — лет сорока, рост метр восемьдесят, атлетического сложения, лицо усыпано веснушками, рыжие кудри. Крупная голова и юго-западный акцент. По его лицу она догадывается, что комиссар уже рассказал Мельшиору о ней — о женщине, из-за которой случились все неприятности.
А остальные… Манжин и Льенар излучают враждебные и саркастические волны. И еще председатель КМК, чье мнение принималось во внимание при выписке Данте из ОТБ.
Льенара она не видела со времени их стычки в трибунале Кретейя по делу об изнасиловании. Сейчас этот фат получит реванш.
Шестеро мужчин в комнате окружают ее: один — на ее стороне, хотя мало чем способен помочь, полицейский — без сомнения, нейтрален, два явных врага — Манжин и Льенар, пятый хочет уличить ее в том, что по ее вине выписали монстра, а шестой явно настроен немногим доброжелательнее. Несмотря на жару снаружи и отсутствие кондиционера, в кабинете холоднее, чем в морозильнике.
— Что происходит? — спрашивает она у Элиона, чтобы нарушить молчание.
— Эрван Данте-Леган был принят в ОТБ полчаса назад.
— Понимаю, — говорит доктор Ломан под нацеленными на нее ледяными или пренебрежительными взглядами.
— Эти господа, — продолжает он, незаметно указывая на прокурора и майора, — здесь потому, что Эрван Данте-Леган — главный подозреваемый в преступлении в Трокадеро.
Что касается двух других, Льенар пришел, дабы превознести себя, напомнить свой первый диагноз, сыграть роль и прославиться. Председатель КМК явился с единственной целью: снять с себя всякую ответственность и переложить ее на других.