– А кто вычищал этих второстепенных, не помнишь? Тогда я тебе напомню – это в первую очередь Маленков с Хрущевым. И не такими уж они были второстепенными. Из всех фигурантов «Ленинградского дела» меня интересуют двое. Это Вознесенский, который, возглавляя Госплан и занимал ключевой пост в руководстве советской экономикой, и Кузнецов – секретарь ЦК и начальник Управления кадров ЦК. Он так же ведал работой органов юстиции, МВД, МГБ. Оба относятся к группе руководителей, в которую входили молодые работники, хорошо проявившие себя в годы Отечественной войны и с энтузиазмом работавшие над решением экономических, хозяйственных и организационных вопросов. Своих наследников Сталин видел именно в них. Так он говорил, что в качестве своего преемника по партийной линии хотел бы видеть Кузнецова, а по государственной линии – Вознесенского. В эту же группу входил и Косыгин.
– А почему же он тогда допустил, чтобы с ними разделались? Что-то это не вяжется с образом Сталина. Он инициаторов «Ленинградского дела» должен был в узел завязать.
– Ну вот и дошли! – Алексей подошел к шоссе и положил на траву свой тюк. – Голосовать у нас будешь ты, а я подскажу, когда нужно будет поднять руку. Пока голосуем, можно поговорить. Понимаешь, с этими работниками разделались, воспользовавшись смертью Жданова, который их на съедение не отдал бы. А Сталину преподнесли сведения, сфабрикованные Маленковым и Хрущевым. Это было за три года до его смерти. Скорее всего, он уже себя плохо чувствовал, от всего устал и не стал разбираться. Это дело, кстати, было единственным, которое вели не следователи МГБ, а члены партийной комиссии. Приговор вынесли ночью и уже через час расстреляли. Как тебе такое?
– Видимо, все-таки боялись, что вождь может вмешаться, – сказала Лида. – Смотри, машина! Тормознем?
– Пропускаем, – решил Алексей. – Это сто десятый ЗИС, нам он не по чину.
– Ну и ладно, – согласилась жена. – Тогда закончим с твоими кандидатурами. Я правильно поняла, что ты хочешь не допустить «Ленинградского дела» и сделать ставку на Кузнецова с Вознесенским?
– Ты у меня умница и все понимаешь с полуслова, – польстил ей Алексей. – Жданов болен, и с этим ничего не поделаешь. А вот с Хрущевым поделать можно и нужно. Слишком много вреда от этой сволочи. Я когда о нем все узнал, сразу поменял отношение к Брежневу.
– Если для тебя запасным вариантом является натравить на него Берию, что же тогда входит в основной?
– Мы на него, малыш, натравим самого Сталина. До смерти вождя еще пять лет, и не такой он сейчас дохлый. Если узнает про все будущие художества Никиты, книгу о нем можно будет выбрасывать за ненадобностью.
– А он поверит? – с сомнением спросила Лида. – Судя по тому, что я о нем читала, личность очень недоверчивая. И как ты к нему попадешь? У него вроде была какая-то дача?
– Ну, какая-то – это для нее слишком слабое определение, – засмеялся Алексей. – Есть у него дача в Кунцево, где он постоянно живет. Но соваться туда даже такому, как я, это верное самоубийство. Сотня бойцов, офицеры МГБ, патрули с собаками и защищенный периметр. И у моего самомнения есть границы. И не стал бы я так собой рисковать. Нет, у меня есть вариант получше. Я хочу сделать фотографии книги с биографией Хрущева и передать их Сталину с помощью его младшего сына. Всю книгу с микрофишей на фото переносить не буду, достаточно половины. И снабжу эти фотографии своими комментариями.
– А станет он тебе помогать?
– Потом договорим, голосуй скорее! – поторопил жену Алексей. – «Эмка» едет.
Лида подняла руку, и возле них, скрипнув тормозами, остановилась неказистая легковушка.
– Забирайтесь на задние сидения, – сказал Самохиным приоткрывший дверцу лейтенант. – Быстрее, товарищи, не копайтесь!
Алексей открыл заднюю дверцу, помог забраться жене, передал ей тюк и сел сам.
– Спасибо, товарищ майор, – поблагодарил он офицера, сидевшего на месте водителя.
– Благодарите свою даму за красоту и нашего Олега, который ее оценил, – хмыкнул тот. – Ради вас я бы не остановился.
– Спасибо, солнышко! – демонстративно обратился к жене Алексей.
– И как же это солнышко зовут? – повернулся к ним улыбающийся лейтенант. – Не обращайте внимание на сказанное нашим майором. В душе он очень добр, только редко это проявляет.
– Болтун, – прокомментировал его слова майор. – Отдыхаете, или как?
– Капитан милиции, – сказал Алексей. – Сейчас в отпуске. Мы, вообще-то, не москвичи, а сейчас едем от моих стариков. Специально отвез жену попробовать деревенской жизни. Ее зовут Лидия, а я Алексей.
– Зотов, – представился фамилией майор. – Вам куда надо?
– Подбросьте в любое место, где поблизости есть станция метро, – попросил Алексей. – Хотя можем добраться любым видом транспорта, лишь бы довезли до города.
– Меня, как и вашего мужа, зовут Алексеем, – обратился к Лиде лейтенант. – Как вам деревенская жизнь?
– Если приехать на несколько дней, как я, то просто здорово, – ответила она. – А жить... Слишком много работы, и все делается вручную. Все с утра до вечера трудятся, как заведенные, без скидки на возраст. Из-за своего хозяйства работают без выходных и отпусков. Кто живет с детьми, тем немного легче.
– Да, работать приходится, – сказал майор. – Здесь еще повезло, что в войну уцелели дома. До метро мы вас не довезем, но высадим так, что сами доберетесь трамваем.
Первым делом, после того как военные их высадили и умчались, Алексей повез жену обживать снятую жилплощадь. Хозяева были на работе, поэтому дверь он открыл своим ключом.
– Выдали всего один, – сказал он о ключе. – Пока не будем разделяться, а потом закажем еще один.
– Я думала, наша комната будет отдельно, – растеряно сказала Лида. – А в нее ходить через комнату хозяев. Они же здесь спят?
– Не бери в голову, – успокоил ее муж. – Нам здесь все равно долго не жить. Да и хозяева вполне нормальные люди. Им нужны деньги, поэтому готовы мириться с временными неудобствами. Запомни, если будут интересоваться соседи, мы не квартиранты, а приехавшие погостить родственники. Сейчас оставляем эти куртки, приводишь себя в порядок, и едем делать документы. Потом пообедаем и направимся за покупками. Поэтому думай, что нам будет нужно.
– Сейчас я могу думать только о тебе! – сказала жена, глядя ему в глаза. – Ты мне что обещал? А обещания надо выполнять! А то уйдем и освободимся только к вечеру, когда уже будем не одни. Или тебе это не нужно?
Он подхватил Лиду на руки и унес в свою комнату на выделенную им полуторную кровать. Часом позже они закрыли квартиру и направились пешком к ближайшей станции метро.
– Идти минут двадцать, – предупредил Алексей. – Даже больше. Но транспортом добираться неудобно, а по пути есть хорошая столовая, сразу и пообедаем. Не знаю, как ты, а я сильно проголодался.
После не слишком вкусного, но сытного обеда, минут сорок добирались до квартиры, где Лиду сфотографировали и сказали, что паспорт нужно будет забрать во второй половине завтрашнего дня. Потом часа три ходили по самым разным магазинам, покупая необходимое и заодно знакомясь с городом.
– Я Москву совсем не узнаю, – призналась жена. – У нас часть старых зданий сохранилась, но рядом столько всего понастроено, что вид совсем другой.
– Я эту часть города тоже почти не знаю, – сказал Алексей. – Мы жили совсем в другом районе, да и работа была далеко отсюда. И в мое время новостроек тоже было много. Все купили? Тогда давай возвращаться на такси. Надоели мне эти хождения. Денег у нас, кстати, осталось негусто, поэтому скоро нужно будет продавать что-нибудь из украшений. Ты их много взяла?
– Порядочно. И мелких камней нет. Где такси, а то я уже устала.
– Нужно пройти еще квартал. Заодно купим в гастрономе чего-нибудь на ужин. Смотри, какие собрались тучи, а у нас с тобой нет ни зонтов, ни плащей.
Они все-таки немного не успели: когда такси въехало во двор, дождь уже поливал вовсю.
– Что же вы так без плащей-то? – причитала хозяйка – полная женщина лет пятидесяти.
– Да, взяли бы хоть у нас зонт, – поддержал ее муж. – Быстренько переодевайтесь. Есть хоть во что?
– Ничего страшного, Виктор, – сказал Алексей. – Халат мы ей купили, а на голову сейчас намотаем полотенце. Лето – не простудится. Да и у меня уже есть, во что переодеться. Забыли мы про зонты, да и дождь натянуло очень быстро. Слышите гром? Нет, чай пока не надо, мы позже сами поставим.