– Я понял, что ты имел в виду, – кивнул Сталин. – Да, в конце того, что я прочел, были непонятные места.
– Я хотел сделать пометки на полях, но не успел, – пояснил Алексей. – Точнее, поторопился из-за жены. В связи с моим визитом к вам она сейчас вся на нервах, поэтому я не стал больше тянуть.
– Когда я спрашивал о твоих желаниях, я имел в виду не то, кого ты бы хотел убрать в ЦК, – усмехнулся Сталин. – Об этом я подумаю сам. Что ты хочешь сам для себя? Твоя жена что-то говорила о генеральских погонах?
– Не нужны они мне, – ответил Алексей. – У меня звание капитана, и вот-вот должны были дать майора. Вот вы майора и дайте. Генералов мало и они на виду, а майоров, как собак нерезаных. Могу даже поработать в ведомстве Абакумова, если выведут из прямого подчинения. Не откажусь от квартиры.
– А где сейчас живешь?
– А где я могу жить? Сняли комнату. Не могу же я заявиться к родителям, если еще даже не родился!
– А жена?
– Жена оканчивала Промышленный Университет и по настоянию отца два года проработала директором на одном из его предприятий. Получалось у нее прекрасно, только ей самой это ненужно. Она художник от бога, а отец рисовать запретил.
– Почему?
– Потому что в будущем этот вид искусства никому не будет нужен. Картины из музеев растянут чиновники, а новых художников просто прекратят обучать. Зачем они нужны, если есть фотография?
– Где сейчас твоя жена?
– Ждет, пока я не сообщу ей результатов своего визита.
– И что сделает, если вызова не будет? Почему ты молчишь?
– Потому что не знаю сам. Я постарался, чтобы у нее на первое время были деньги, но ей ничего не нужно...
– Кроме тебя, – закончил за него Сталин. – Успокойся сам и успокой ее. Ты мне нужен, и ты пришел сам. Никто не режет курицу, несущую золотые яйца. Генеральских погон у тебя не будет, но все остальное выполнить нетрудно. Сейчас вам найдут квартиру, и Михаил поможет перевезти туда твою жену. Он же поможет вам решить все бытовые вопросы. А с завтрашнего дня, пока тебя будут проводить по службе и оформлять вам документы, поживете у меня. Здесь пустует много комнат, а мне постоянно будут нужны твои консультации. Михаил, займись его вопросами. Позвони в исполком Георгию Михайловичу, у них есть резерв по квартирам. Идите оба и занимайтесь делом.
– Ты меня ошарашил, капитан! – сказал Старостин, когда они вышли в прихожую.
– А почему не майор?
– Потому что, по твоим же словам, у тебя капитанское звание. Вот оформим тебя майором, будешь для меня майором. Пойдем, позвоню Попову насчет твоей квартиры, а заодно в наши кадры. Имей в виду, что руководство тобой все равно заинтересуется. На моей памяти он такое делает первый раз, обычно все идет через министра. Абакумов точно будет копать.
Они вместе с ожидавшей в прихожей охраной вернулись за территорию в то здание, где его обыскивали. Старостин усадил Алексея на стул и позвонил председателю исполкома.
– Георгий Михайлович, это не мне нужно, у меня квартира есть. Да, и чтобы непременно с телефоном и хоть какой-то мебелью. Хорошо, я передам, что все сделано. Ордер оформим потом задним числом, мне главное – это вселить людей! Записываю. А у кого будут ключи? Хорошо, спасибо!
– Морока с тобой, капитан! – недовольно сказал он Алексею. – Попробуй для тебя что-то сделать, если у тебя нет документов! Что ты мне показываешь свою липу, ее первая же проверка расколет. Потом, кстати, объяснишь их происхождение. Диктуй ваши данные. Так, сейчас вызову машину и дам офицера, поедешь за женой, а потом заселяться. А я поеду в министерство. Такие вопросы, как ваш, по телефону не решаются. Сегодня я в лучшем случае пробью для вас нормальные паспорта, да и то завтра потребуется ваше присутствие. Фотографии сам успеешь сделать?
– А черт его знает, – ответил Алексей. – Если быстро переедем, должен успеть. Я же еще не знаю, куда нас поселят, а там, скорее всего, придется искать фотографию.
– Ладно, постарайся успеть. Паспорт – это только первоочередное. Вот когда я из тебя начну лепить майора, будет весело. Надеюсь, он министру все же позвонит сам.
Перед поездкой в город Алексей, как и договаривались, сделал звонок Лиде. Вышел в коридор и быстро сказал, чтобы выходила с вещами. Когда они через час подъехали к скверу, жена уже сидела на лавочке, обложенная сумками. Увидев выпрыгнувшего из ЗИСа мужа, она вскочила с лавки и, растеряв сумки, бросилась к нему.
– Ну, солнышко! – успокаивал Алексей плачущую навзрыд жену. – Все закончилось хорошо, зачем плакать? Подожди, я покидаю сумки в автобус, а поговорим, когда поедем заселяться.
Он быстро все собрал и уложил в салон автобуса, а сам вместе с Лидой уселся на задних сидениях, чтобы их разговор не слышал сопровождавший майор.
– Как все прошло? – спросила она. – Или еще не все закончилось?
– Все заканчивается только со смертью, – сказал он. – Дали квартиру и должны присвоить майорское звание. Завтра у нас уже должны быть нормальные паспорта. А теперь слушай, что отмочил отец народов. Пока нам будут все готовить, он нас поселит у себя. Я ему объяснил, что уже через двадцать лет будет много такого, в чем сложно разобраться без моих консультаций. Вот он и решил, что лучше, если я буду под рукой. Ну а ты идешь ко мне довеском. Вот тебе, кстати, возможность, его нарисовать. Очаруй и сделай кучу набросков. А по ним уже нарисуешь картину.
– А как мы будем спать сегодня без мебели? У нас нет даже ничего постелить на пол.
– Сказали, что какая-то мебель будет.
– Ничего себе, какая-то! – удивленно сказала Лида, когда домоуправ открыла им квартиру. – Это что же, все наше?
– Хозяев этой квартиры уже нет, – сказала домоуправ, отведя глаза. – А вещи остались.
Квартира была обставлена красивой, хоть и излишне громоздкой мебелью, отсутствовала лишь одежда прежних жильцов, да в спальне кто-то снял со стены ковер.
Глава 9
– Алексей Рыбин, – представился крепкий мужчина лет тридцати. – Я один из телохранителей Хозяина. Он поздно встает, поэтому вчера поручил мне вас устроить.
– Устраивайте, – улыбнулась ему Лида. – И куда?
– Есть комната для гостей на первом этаже, но она рядом с кабинетом, поэтому для вас остается второй этаж.
– Это значит, что нам не доверяют и не дадут тереться спинами с Хозяином, – пояснил жене Алексей. – А на второй этаж он за все пользование дачей поднимался считанное число раз. Гордись, жена, будем жить в тех комнатах, где ночевал Черчилль. Ему там, кстати, понравилось. Лифт работает?
– Здесь все работает, – неприязненно ответил его тезка, – но я думаю, вы и без лифта обойдетесь. Сейчас я вас туда проведу, а потом пройдете к нашей кастелянше и возьмете белье. У хозяина дачи свой график, поэтому вы будете пользоваться столовой раньше него. Здесь есть и библиотека. Пока у вас нет документов, лучше по даче не ходить, подышать воздухом можно и на верандах. По всем вопросам обращайтесь к коменданту или его заместителю. Старостин должен появиться к обеду. Вопросы есть? Если нет, прошу пройти за мной.
Они поднялись по лестнице на второй этаж и осмотрели две большие комнаты, обставленные без особой роскоши. Вся мебель была прикрыта чехлами.
– Здесь уже убрали, – сказал Рыбин. – А чехлы снимите сами. Вот это выход на веранду. Свои вещи, думаю, принесете сами. И еще, Хозяин вчера составил список вопросов, и вам будет нужно написать свои пояснения. Пойдемте сейчас вниз, я вам его отдам, а заодно отведу к Бутусовой за бельем.
– Не понимаю, что здесь могло так понравиться Черчиллю, – сказал Алексей Лиде, когда они принесли вещи и выданное постельное белье и стали снимать все чехлы. – Надо будет вынести на веранду пару стульев, там действительно хорошо.