О, это мысль!
— Точно! Раздевайся!
Идея состояла в том, чтобы потренироваться в скорости одевания. Но она с треском проваливалась, как только я увидел Паулу голой. Слаб человек, слаб. Ну и красивая она всё-таки. Особенно когда без ничего. Как метко сказал кто-то, горничная — ежели её раздеть — ничем не уступит аристократке.
Вечером следующего дня.
Ночь была прекрасна, день результативен, поэтому не могу согнать с лица выражение полного довольства. Моя разлюбезная семейка вернулась. Вежливо встречаю их у входа:
— Папенька, маменька, — лёгкий поклон, — Хендрик, Сесилия, — эти обойдутся без поклонов.
Продолжаю ритуал встречи, пока они таращатся на меня с недоумением. Кроме Хендрика, который что-то подозревает.
— Как съездили, всё ли прошло благополучно на балу? Как там наш замок, стоит?
— Всё хорошо, сын, — граф небрежно похлопывает меня по плечу.
Матушка обозначает движение приобнять. Делаю вид, что счастлив.
Все проходят в дом, сопровождаемые моим приветливым взором. По-настоящему приветливым. К моей семье можно применить пословицу о гостях, только наоборот. Первый раз радуюсь, когда они уезжают, а второй, когда возвращаются. Начал чувствовать скуку без них, не с кем поцапаться.
За ужином персонально ко мне никто не обращается, но зарождается подозрение, что беседу ведут для меня.
— Маркиз ди Мертон — отличная партия для нашей Сесилии, — заявляет отец.
Матушка довольно улыбается, Сесилия рдеет. Маркиз, а это значит, что он наследник герцога ди Мертона. М-да, лучше только сын короля.
Слышал об этом герцоге. Да и не так уж много герцогов в королевстве, чтобы их не знала каждая собака. Их всего-то четверо, и герцогство Мертония — не самое последнее.
— Сесилия переплюнет Амалию, — рассудительно комментирую.
Амалия-то вышла замуж за графского сына, причём не первого. Так что выше виконтессы она уже не прыгнет. Зато Сесилия — потенциальная герцогиня.
— Приданое? — мне натурально любопытно. Герцогский сын просто так графскую дочку не возьмёт.
— Баронство Фонтейн отдам, — морщится отец.
Понимаю его прекрасно, кому хочется земель лишаться. Но родство с герцогами того стоит. Однако папашка не останавливается:
— И придётся вассальную присягу давать.
Жёстко. Это уже жёстко. Насколько понимаю, есть какие-то встречные обязательства. И неслабые. Наше графство то ли второе, то ли третье по мощи и заметно усилит Мертонов. Так-то мне глубоко начхать, но знать, что происходит вокруг, будет не лишним.
— Помолвку устроим в начале зимы, а свадьбу сыграем в начале лета.
Прячу затаённую улыбку. Оставить меня за бортом в таких торжествах не получится. Аристократический народ не поймёт. Папашку и мамашку один вопрос герцога «а где ваш младший» поставит в крайне неудобное положение. А значит что? А то, что придётся меня наряжать по полной. При том, что они вообще не знают, как это делать. Напоминать об этом, разумеется, не стану.
Глава 8
Методы лечения
Летний особняк Гревисов.
Несколько дней после бала.
Обычное утро.
Бестолочь! Так кратко характеризую своего братца, который осваивает моё приспособление. Прохожу мимо без замечаний. Ещё я буду помогать Хендрику становиться сильнее. Впрочем, силушку-то он подкачает, а дурням большего не надо. Пусть себе и дальше мышцы закрепощает. Он слишком медленно движения делает. Тягу увеличивает, а не скорость.
Иду в сад из конюшни, которую только что очистил от насекомых. Всё-таки мы с предком догадались, как это сделать. От входа ставлю плотную зелёную пелену по всему сечению помещения. И провожу до противоположной стороны, где тоже стоят ворота. В помещении никого, кроме, может быть, крыс. Отчётливо вижу, как искорками ярмарочных огней вспыхивают насекомые, попадая в зелёную завесу. Комары, слепни, мухи…
КП Архонта
На следующий день после опытов с оводом и слепнем вдруг увидел, что они мертвы. Догадка озарила разум вспышкой. Всё есть лекарство, и всё есть яд! Если поднять тонус живого существа выше некоторого предела, его организм сорвётся. Ни один человек, даже тренированный, не выдержит артериального давления в триста миллиметров ртутного столба. Ну, если выдержит, можно поднять до четырёхсот.
Сердце, артерии, сосуды — что-нибудь да лопнет. Или всё сразу. Плюс к этому на предельные режимы выходят все системы организма, и он сжигает все свои энергетические резервы. До нуля. Включая неприкосновенный запас.
Так что лечением и убить можно. Что и сделал утром мой Стэн в конюшне. Аурную плёнку накачал энергией под завязку и профильтровал весь объём помещения. Надеюсь, столбы, на которых стоит крыша, корни не пустят, ха-ха-ха!