— Ах вот вы как, — угрожающий тон из детских припухлых губ выглядит очень забавным.
Она вскакивает с кровати, будто подброшенная мощной пружиной. Наверное, сработали те же самые мышцы с чудесными возможностями, которые когда-то подбросили её на целый метр вверх.
Лора одевается с лихорадочной быстротой. На этот раз никаких туфелек и оборочек. Накидывает платье, но походное, а не домашнее. Кидается к любимым куклам, но после секундного замешательства оставляет их на месте. «Пора взрослеть!» — мужественно решает девочка.
Она быстрым шагом направляется к двери и уверенно распахивает её твёрдой рукой. В следующий миг её охватывает волна бездонного ужаса. Перед её лицом зависает огромный чёрный паук, раскачиваясь, угрожающе шевеля лапками и шурша выдвинутыми вперёд челюстями.
На этот раз срабатывают совсем другие мышцы, но с не меньшим эффектом. Лора отпрыгивает и оглашает комнату таким визгом, что дребезжат стёкла. Кукла Инфанта на комоде шатается, но не падает. Жуткий паук размером с локоть продолжает раскачиваться на нитке паутины, а Лора, судорожно отталкиваясь ногами от пола, отползает к кровати, не в силах встать на ноги.
Вдруг из коридора раздаётся многоголосый и дружный хохот. Как раз заканчивается отчаянный визг. Замершая и потрясённая девочка воспринимает жизнерадостные братские рожи, возникшие в дверном проёме, как спасение. С отчётливым издевательским привкусом, но всё-таки спасение.
Ловкие руки бесцеремонно снимают паука, великого и ужасного.
— Всё, парни! — командует Стэн. — Быстро! Уходим!
Мальчишки исчезают вместе с пауком, как по волшебству. Примчавшиеся на шум родители и служанки никого не застают, кроме сидящей ровно на попе девочки, растерянно хлопающей глазами.
Ни о какой совместной конной прогулке речи уже быть не может. Лора понимает это не разумом, а всем своим существом. Не на шутку встревоженные родители её просто так не отпустят. Не в этот раз.
Одно из мест для выпасов.
— Вперёд, мои славные воины! — провозглашаю я, истинный сюзерен, полководчески вздымая руку вверх и прямо. — Навстречу новым подвигам и героическим свершениям!
Дэн издаёт лихой свист, и возбуждённые нашим гиканьем кони срываются с места резким намётом. Ветер свистит в ушах, яркое солнце освещает поле и весь мир. Дробно стучат копыта, уверенно работают мощные мышцы великолепных животных. Что ещё нужно для счастья? Лишь удачная охота.
Только что пропустили табун через энергетическую завесу, теперь мы на пару часов свободны. Ту долинку с соблазнительно сочной травой табун уже оприходовал. В других местах, открытых для ветров, вредных мух всех мастей намного меньше.
Через час накупались и загораем, дожидаясь конца кулинарных ритуалов Дэна. На этот раз мы взяли трёх зайцев, один из них подросток, так что можно сказать — два с половиной. И решили не морочить себе голову обыденными кашами, а ограничиться мясной диетой.
— Ты научился сносно стрелять из лука, — отмечает Гров.
Лениво вскидываю ладонь: «подход засчитан».
— Вы не понимаете, как счастливо вы живёте…
— Ты говорил уже, — напоминает Дэн.
— Вам нужно кое-что знать, чтобы вы потом ничему не удивлялись, — мне не хочется, но надо. — В своей собственной семье я — изгой. Меня не любят.
Сведения выдаю порциями, чтобы им легче было усваивать. Как раз Дэну надо перевернуть зайцев на другой бок. Мы помогаем.
— Ты не преувеличиваешь? — осторожно спрашивает Гров.
Я ж говорю, они не понимают. Принцип «сытый голодного не разумеет» в действии. Никогда такого не видели и не могут понять.
— Пару месяцев назад Хендрик проткнул мне шпагой сердце. Отец так рассвирепел, что аж дал ему подзатыльник. Не очень сильный, правда.
Братья впадают в молчаливую оторопь минут на пять.
— Ты ничего не путаешь, Стэн? — осторожничает Гров. — Дуэль между братьями? Несовершеннолетними? Кто разрешил?
— Ты что, шрам на груди не видишь? — да, отметину от шпаги Хендрика я до конца не стал убирать.
— Ну, вижу, но я думал… — Гров замолкает.
— Да никакая не дуэль. Всего лишь учебный поединок. Хендрик настоял. Говорил, что будет полезно, что ничего страшного не случится. Однако случилось. Он фактически убил меня.
Затем пришлось рассказывать о проснувшемся даре. Я бы ведь без него умер.
— Понимаете, в чём дело… Хендрик не имел цели меня убивать, не буду врать. Но точно знаю — такой исход его не особенно пугал.
Опять молчание. Ребята примеривают ситуацию на себя и не могут ничего понять. Как это Гров сознательно подвергнет Дэна абсолютно ненужному риску гибели? Да ещё и от его руки? Гров аж головой трясёт. Ну да, он-то хороший брат. Подзатыльники Дэну прилетают регулярно, но чисто символические и необидные. Дэн и внимания-то на них не обращает.