Аташи дернула ногой, стряхивая с нее деревянные щепки. У неё был прекрасный слух. Но она не услышала его приближение. Ни шага, ни сердцебиения. Девушка должна была отдать ему должное — он был хорош.
Рассаал наклонился вперед и уперся руками в стол, накрывая своим телом аташи.
— Я мог тебя застрелить, — издевался вастог. Ему хотелось рассмеяться, взять её за шкирку и выкинуть прочь.
— Но не стал. — Аша поставила чашу на стол и повернулась к нему лицом. Он был так близко, смотрел на неё насмешливо, думая, что какой-то небольшой испуг заставит её сбежать.
Вастог молчал. Она была права: не стал. Он мог. Но не стал. Он мог ранить её, но не стал. Никто бы ничего бы не узнал. Но… Он бы до сих пор следовал учениям мазрат, если бы верил, что жизнь ничего не стоит.
— Не стал, — спокойно повторил вастог, наблюдая, как она принялась потирать его грудь руками. Её пальцы еле-еле ощущались на грубой коже, они были нежными, невесомыми.
— Вы, вастоги, думаете, что все понимаете. — Аташи вырисовывала круги на его груди. — Но единственное, в чем вы нашли смысл — это смерть. Целый вид, боготворящий войну и подчинение. Ничего о жизни.
Рассаал слушал и не мог возразить. Он бежал от этого. Он не мог это оспорить.
— Ничего не знаете ни о жизни, — она потянулась вверх и принялась нашептывать ему на ухо, — ни о любви, ни о женщинах, ни о сексе.
Последнее слово было произнесено со смешком. Аташи смеялась над ним, словно это не она ещё два дня назад скулила под ним, словно ни она не могла произнести ни слова, задыхаясь от удовольствия.
Рассаал захохотал. Самоуверенная кошка. Глупая хвостатая воришка — вот, кем она была. И если в чем-то его народ смыслил, кроме войны, то это в сексе.
— Я бы могла тебя научить, я бы могла тебе показать, — аташи потянула пояс его мягких хлопковых штанов на себя, — я бы показала тебе настоящее удовольствие.
Мысль о том, что она считала его некомпетентным в постели, была шокирующей. Это било по его гордости. Он — хороший воин, он — прекрасный любовник, и если это было не так, то он готов доказать это.
— Я бы сделала для тебя все, что бы ты захотел. — Аша сжала его член через ткань, чувствуя, как он напрягается. — Даже больше, я бы научила…
Рассаал перехватил её руку, прерывая её речь:
— Или же… — Он хитро улыбнулся. — Я бы показал тебе, что такое настоящий секс, а не ваши кошачьи нежности.
Глаза у Аши загорелись, её хвост прошелся по его ноге, лаская. Она прижалась к основанию его шеи, мурлыкая.
— Нам бы было хорошо, — согласилась она.
— Но! — тут же вернул её с небес на землю Рассаал. — Если ты поймешь, что не в состоянии принять то, что тебе могу дать, если этого будет слишком много для тебя — это будет концом. Ты наложишь вето на все, что будет между нами.
Рассаал с удовольствием наблюдал за её смятением. О, теперь он заставил её выбирать, повернул её слова против неё же. Она была в ужасном положении, она должна либо согласиться и смириться со всем, что он мог с ней сделать, либо поджать хвост.
Аша кивнула после недолгого раздумья.
— Сделка? — Вастог протянул ей руку.
— Сделка!
Они пожали руки. И рукопожатие было сигналом к действию — Аша повисла на его шее, втягивая вастога в поцелуй.
Они растянулись на столе, зазвенела чашка, что они столкнули с края, посыпалась мука. Но не один из них не обращал на это внимания.
Рассаал потянул её кожаный жилет, затрещала молния, но Аши было все равно, она расстёгивала собственные штаны, стараясь выбраться из них как можно скорее. Вастог не стал полностью её раздевать, он обнажил грудь девушки и сдернул с неё штаны, оставляя лежать на столе полуголой. Он отстранился от неё и опустил брюки.
Аша недовольно заскулила, ей хотелось, чтобы он не отрывался от неё. Она заерзала в ожидании. Вастог поднял её ноги к верху, заставляя обхватить его за талию, и принялся медленно скользить между её складок.
И все-таки эта аташи была не в себе, решил Рассаал, она была мокрой и готовой. Словно одного его прикосновения достаточно, чтобы завести её. Наученный опытом прошлой ночи, он схватил девушку как можно крепче одной рукой, а второй помогал себе.
Она вцепилась ему в плечи, стоило ему войти, несмотря на то что он старался идти как можно медленней. Её ногти вытянулись, царапая его кожу. Аша зашипела, закинув голову назад.
— Что случилось? — прорычал Рассаал, она была такой тугой, такой податливой. — Слишком много для тебя?