Он начал выстукивать на машинке рапорт на выделение денежных средств по девятой статье на оперативные расходы.
— Как думаешь, он сойдет за иностранца?
— Ха! — откликнулся Николай. — Номер не пройдет! Он уже давно наш, советский гражданин.
Тихонов с недовольством начал стучать по клавишам машинки, понимая, что напарник прав, а значит, придется тратить денег вдвое меньше, чем ассигновали бы на организацию встречи с иностранцем. Завтра он приложит к рапорту оплаченный счет.
До выхода на встречу Сергею надо было еще взять в техническом отделе спецсредства, проще говоря, мини-диктофон, чтобы не полагаться на свою, в общем, неплохую память.
Он решил пройтись пешком до ресторана, пытаясь собраться с мыслями. Сергей понимал, что первая встреча пристрелочная. По большому счету, никакой особой информации сразу Кондратюк ему не выложит. Скорее всего, и при второй, и третьей, если до них дойдет дело, откровенничать не станет. Сегодняшняя программа-минимум для Тихонова как раз заключается в том, чтобы дальнейшие встречи состоялись и их было как можно больше, тогда возрастут шансы добыть хоть какие-то козыри против Крылова, да и самого Анатолия Павловича.
Памятуя о работе по Воробьёву, Тихонов понимал, что и маленькая деталь может стать ключом к раскрытию… Мимо по улице Горького проносились автомобили. Народ спешил по домам и на дачи. Проезжали поливальные машины с оранжевыми цистернами. Верная примета — поливалки к дождю. Сергей пожалел, что не захватил зонтик.
Уже издалека он заметил фигуру высокого, статного, слегка полноватого мужчины в темно-сером костюме. Кондратюк был в приподнятом настроении, взволнованно прохаживался вдоль очереди, толпившейся у входа и жаждущей провести вечер в ресторане. Всматривался в подходивших мужчин и снова начинал бродить по тротуару. От ресторана доносились запахи шашлыка и жареного лука.
— Анатолий Павлович! — позвал Сергей, подойдя ближе. — Добрый вечер. Давно ждете?
— Сергей Степаныч? Ну что вы! Я просто раньше пришел. Приятно познакомиться. — Он пожал руку майору с большой пылкостью, заглядывая в глаза, благо они с Тихоновым были почти одного роста. — Думаете, пройдем? — Кондратюк указал на очередь. — Тут вам не Штаты, хотя, знаете ли, и там в популярных ресторанах загодя столик заказывают. Когда это было?! — Он поднял глаза к небу. — Кажется, в прошлой жизни.
— Думаю, у нас есть некоторые преимущества, — Сергей взял Кондратюка под локоток, испытывая неловкость оттого, что Кракен почти вдове старше. Одно дело, видеть дату его рождения на бумаге и совсем другое — осознать это при встрече.
Когда они, миновав очередь, без затруднений попали внутрь ресторана и заняли столик в мраморном зале, Кондратюк заозирался с любопытством:
— Здесь ведь кавказская кухня? Я слыхал, что этот ресторан любил Сталин.
Сергей кивнул и протянул меню Анатолию Павловичу. Оркестранты только начинали свой рабочий вечер. Играли на народных грузинских инструментах — зурне, дудке, на барабане доли. Играли кинтаури, под который так и хотелось танцевать.
— Рекомендую хинкали. Шашлык здесь тоже вкусный, — посоветовал Тихонов. — И соус сацебели к нему можно взять или ткемали со сливами и чесноком.
Кондратюк засмеялся. Положил меню на край стола:
— Я думаю, из этого меню лучше всего мне подойдет только «Боржоми». Впрочем, вы меня ошеломили этими названиями, и я полагаюсь на ваш вкус.
— А что будем пить? — улыбнулся Сергей. — Водка? Коньяк?
— Может, вино? Я по части крепких напитков не очень…
— «Хванчкара», — согласился Тихонов.
Он подумал, что спокойное, довольно раскованное поведение Кондратюка обусловлено его опытом общения с Крыловым в ходе вербовки в Америке и в последующие годы, когда Кракен передавал информацию через того же Крылова, ставшего куратором Анатолия Павловича. Кондратюка нисколько не пугал разговор с офицером госбезопасности. Напротив, если судить по тому, как горели его темно-карие глаза, ситуация его раззадоривала. «Он явно человек авантюрного склада, — определил для себя Сергей. — Нелегалы чаще всего не склонны к авантюризму. Это может быть для них фатально. И в то же время без доли здорового авантюризма нелегалу трудно раздобыть хоть грамм информации для своего Центра».
Тихонов кивнул знакомому официанту и сделал заказ, зная, что последнее время в «Арагви» балуют с пересортицей и могут подавать несвежее, чем страдали все рестораны столицы, но не сомневаясь, что им подадут все самое лучшее. С людьми из его ведомства не рисковали озоровать. Довольно быстро принесли «Боржоми» и вино, лаваш и огромное блюдо с зеленью и овощами.