— Я этого не говорила. — «Впрочем, мне действительно трудно это представить».
— Я не оканчивал экономического факультета Мадридского университета, — признался он, подмигнув. — Когда вы с младых ногтей гоняетесь за быками, вам некогда учиться. Я окончил колледж для тореадоров.
— У меня нет предвзятого взгляда на тореадоров. Я вообще еще не составила мнения об этих людях.
— Боюсь, что к концу поездки у вас сложится о них плохое мнение.
— Возможно.
Он так громко расхохотался, что малыш, который до этого помешал им целоваться, завозился на руках у молодой мамы. Та недовольно поморщилась. Мигель снял очки и улыбнулся женщине. После секундного замешательства она робко улыбнулась в ответ. Наблюдавшая за этой сценой Стефани подумала, что Мигель подкупает окружающих своей искренностью, обезоруживая врагов… а также быков и любовниц.
— Но вы напишете хорошую статью. Я подскажу вам, что надо писать.
Он опять надел очки и раскрыл свою книгу.
— Вы расскажете мне вашу историю и историю корриды?
— Если хотите.
— И объясните, почему уезжали в Калифорнию?
— Чтобы встретиться с вами. — Он опять подмигнул. — Это была судьба, а я никогда не спорю с судьбой.
— Я серьезно.
— Я тоже.
— Не забывайте, что я собираюсь писать о вас статью. Что заставляет вас каждое воскресенье выходить на бой с быками, если деньги вам не нужны? И почему перед ответственным выступлением вы улетели в Америку?
Мигель опять закрыл свой молитвенник, лицо его потемнело. Сняв очки, он потер лицо руками, словно пытался избавиться от каких-то тревожных мыслей.
— Сеньорита, я не знаю, почему до сих пор дерусь с быками, ведь у меня уже есть миллионы долларов. Отчасти потому, что меня держат мои зрители. Я уезжал в Калифорнию, чтобы отдохнуть от суеты. Корреспонденты и поклонники неумолимо преследуют меня на пыльных дорогах Испании. Вы все увидите сами, когда мы приедем в Мадрид. Там я Эль Пелигро. Люди считают меня богом. Но этот бог не может спасти себя самого.
Сколько драматизма!
— А правда, что в наше время матадоры погибают реже, потому что быкам колют специальные препараты и спиливают рога?
Мигель раздраженно тряхнул головой.
— Кто вам это сказал? Хозяева быков гордятся своими животными. Они никогда не позволят причинить им вред.
Стефани вспомнила его фотографию в «Пипл мэгэзин».
— В Калифорнии вы были не один. Вы произвели фурор в Голливуде, даже согласились на интервью — словом, вели себя совсем не так, как вел бы себя человек, понимающий, что дни его сочтены.
Мигель почесал в затылке.
— Никакого фурора не было. Меня пригласили на вечеринку, и я пришел, вот и все. Интервью я тоже не давал. Кто-то сфотографировал меня вместе с Дженной, а потом сделал неофициальный репортаж.
— Вы с ней спали? — выпалила Стефани и тут же устыдилась своего вопроса.
Он опустил молитвенник на колени.
— Нет, сеньорита, я не спал с Дженной Старр… хотя мог бы.
— Я в этом не сомневаюсь.
Маленькая книжка выскользнула из его рук. Проходившая мимо стюардесса подняла ее и подала Мигелю.
— Вы часто читаете этот молитвенник? — поинтересовалась Стефани, удивленная его набожностью.
Коричневый кожаный переплет книги напоминал мятый бумажный пакет.
Мигель приложил молитвенник к сердцу.
— Мне подарила его мама, когда мне было двенадцать лет. Она сказала: «Я знаю, сын, ты хотел бы получить от меня пику или плащ матадора, но эти вещи не смогут тебя утешить». Она была права. После ее смерти я нашел эту книгу в шкафу. Заброшенная ребенком, она стала настоящим сокровищем для мужчины. Я повсюду беру ее с собой.
— Моя мама тоже умерла… в прошлом году… от рака. — Зачем она это сказала? Зачем поделилась своей болью? Стефани сцепила пальцы на коленях и опустила глаза. «Впредь думай, прежде чем говорить!»
Он нагнулся и ласково тронул ее за руку.
— И вы не нашли в своем шкафу ничего утешительного, querida?
Мигель улыбнулся, и она растаяла, сраженная его обаянием. И вдруг вспомнила слова Рея: «Он хочет использовать тебя в своих интересах. Будь осторожна».
— Простите. — Она вскочила с места и, протиснувшись мимо его колен, устремилась в туалет.
Запершись в кабинке, Стефани долго смотрела на свое отражение в зеркале. «Что я здесь делаю? Зачем лечу в Испанию вместе с этим мужчиной?»
Тихий стук в дверь вывел ее из задумчивости. Кто-то не видит табличку «ЗАНЯТО»? Ничего, подождут! Подумать только, какая наглость, и это в салоне первого класса! Она сделала свои дела, вымыла руки и открыла дверь. У входа в туалет, привалившись к притолоке, стоял Мигель.