Что-то в ней говорило: «Остановись! Не надо поощрять его любовные ласки!»
Он заглянул ей в глаза и, должно быть, увидел ее колебания.
— В чем дело, querida? — Он опять попытался повернуть ее голову к себе, но Стефани отпрянула.
— Пойду приму душ, — сказала она и встала с постели, оставив Мигеля одного. Закрывая дверь, она слышала, как он прошептал что-то вроде «обещай».
Утро выдалось чудесным. Мигель ел пончик и пил кофе, следя за реакцией своих родных. Все они знали, что произошло этой ночью, и их холодное молчание было красноречивее всяких слов. Впервые в жизни ему было неуютно в собственной семье, и он не знал, что делать. Без семьи он был никем — так же, как и без Стефани.
Ночью, когда он лежал в ее объятиях, ему приснился новый сон: на этот раз он спасся. Тысячепудовый бык, вместо того чтобы подцепить его на рога, пробежал мимо. Зрители вскакивали с мест и дружно кричали: «Оле! Оле!»
Это было самое красивое зрелище за всю историю корриды. Глупый бык со свистом носился по арене, пытаясь задеть Мигеля. Внезапно он остановился. Мигель тряхнул плащом, но взгляд животного соскользнул с красной тряпки и сосредоточился на матадоре — самое опасное, что только может случиться во время боя. Сердце Мигеля заколотилось от страха. Он еще энергичнее махнул плащом, но бык вдруг захохотал и сказал:
— Матадор, твоя участь изменилась.
Огромное животное зашаталось и замертво упало к ногам Мигеля.
Из первого ряда зрителей в него полетели розы. Он обернулся к своей ложе и увидел Стефани — она стояла в огромной белой шляпе и махала ему платочком, а потом бросила белую розу.
Мигель проснулся внезапно, весь в поту. Стефани лежала рядом, лунный свет рисовал на ее теле сетчатые узоры. Мигель прижался к ее теплому боку, чувствуя, как слезы обжигают ему глаза, и вновь вернулся на устланную ковром из роз арену «Лас-Вентас».
Теперь же она нехотя ковырялась в тарелке, не смея взглянуть на своего любовника. Его тело томилось по новым ласкам, но Стефани явно пыталась от него отгородиться — а может быть, даже зачеркнуть случившееся.
Сердце Мигеля переполняли гнев и тоска. Он признался ей в любви и предложил выйти за него замуж, но она наверняка не сдержит своего обещания. Женщины всегда обманывали Эль Пелигро. Стоит ли ждать от Стефани чего-то иного?
К тому же этот сон… Ведь бык хохотал!
Мигелю хотелось курить. И выпить чего-нибудь крепкого. Он теребил в пальцах свой крестик. О Господи! Надо сходить в церковь, исповедаться. Избавиться от этого тяжкого гнета.
«Она как наркотик. А я наркоман. И все кругом это знают…»
Доминго беспощадно мял своими полными губами кончик сигары, превращая табак в мокрую труху — отвратительная привычка, которой он обычно предавался в конце дня. Он сидел рядом со своим матадором, держа в руках открытую газету, и говорил что-то про быков, с которыми Мигель должен будет сражаться на следующей неделе. Мигель знал: его люди тратят уйму времени на то, чтобы заранее изучить животных, предназначенных для корриды. Но сейчас он не слушал менеджера. Стефани занимала все его мысли.
Доминго хотел обсудить статью Пакоте, опубликованную в сегодняшней газете, но Мигеля это не интересовало.
— Здесь написано, что Эль Пелигро выдохся. Матадор, Пакоте пытается распалить зрителей еще до начала корриды.
«Стефани должна вернуться в Мадрид, — рассеянно думал Мигель. — Там она походит по магазинам, отдохнет от этого враждебного окружения». Вообще зря он не послушал Доминго и взял ее на ранчо. Но разлука с ней казалась ему невыносимой.
Сегодня утром она была очаровательна, но очень грустна. Ему хотелось успокоить ее, рассказать свой новый сон, но он знал, что его слова не убедят американку. Его сны для нее — просто ерунда.
Доминго собирался через несколько дней объявить о помолвке, хотя Мигель настоятельно просил его не использовать Палому ни в каких рекламных трюках. Доминго уважал своего матадора и был хорошим менеджером, однако у него был один досадный недостаток: он всегда поступал только так, как считал нужным сам.
Мигель предвидел крупный скандал с Доминго и не хотел, чтобы Стефани была тому свидетельницей. Скоро она появится в его ложе в «Лас-Вентас» и весь мир узнает об их отношениях!
«Ей не нравится, что я убиваю быков. Как же быть? Я матадор, и убивать быков — моя работа. Без убийства нет и корриды… Стефани не сдержит своего обещания», — мучительно думал он, снова и снова вспоминая хохочущего быка.