На лице главы рода Корсаковых появилась самым краешком улыбка. Мать была довольна и мной, и моим ответом. Сама императрица тоже улыбалась, но задумчиво.
— Так что удача тут ни при чём, ваше императорское величество, — закончил я.
Улыбка государыни стала чуть ярче.
— Что ж, ты мне нравишься, — чуть постучав ногтями по подлокотникам, подвела итог она. — Так что можешь рассчитывать на моё полное покровительство. Сегодня вас сопроводят на большой приём, где ты изложишь традиционную просьбу награждённого. Попросишь взять тебя в ученики, Илья Григорьевич постарается возражать, но ты на это внимания не обращай — он делает это по моему приказу. А уже завтра тебя введут в курс всех дел и расписания. Всё ли понятно?
Интересно как получается.
Государыня избавлена от внезапных желаний награждённого, и при этом ещё и выставляет всё так, будто у меня и целителя правящего рода изначально какой-то конфликт может иметься. Знает ли её императорское величество, что Смирновы хотели просить меня о тщательном расследовании в адрес Шепелева? Я ведь не смогу сказать, что желание моим-то и не было, а значит, со стороны будет казаться, что просьбу Андрея Васильевича не исполню по собственной воле.
— Прошу прощения, ваше императорское величество, — заговорил я, — не знаю, успели ли вам доложить причину, по которой мы встречались со Смирновым. Но так как вы уже выбрали, какое моё желание исполнить, я бы хотел передать, что Андрей Васильевич просил провести тщательное расследование стрельбы у гимназии, так как, по мнению Смирновых, Шепелева просто подставили.
На лице государыни появилась усмешка.
— А ты наглец, знаешь? — и ни капли недовольства в голосе. — Я знаю обо всём, Ваня. Но скажи мне вот что. Ты помогаешь Смирновым ради выгоды? Или?..
Я пожал плечами.
— Андрей Васильевич был мне хорошим одноклассником, к тому же за ним ведётся охота. Я считаю, что такие люди достойны помощи. Так что я всего лишь отдаю дань проведённым в одном классе годам.
Сестра так и сидела молча, кажется, только глазами шевелила, превратившись в застывшую статую. Впрочем, и для неё нашлось пара слов у нашей правительницы.
— Что ж, достойный ответ, — кивнула она, после чего перевела взгляд на младшую Корсакову. — Теперь что касается вас, Екатерина, я бы хотела предложить вам место при дворе в качестве фрейлины моей дочери, Дарьи.
Брови Кати поползли вверх, но она тут же взяла себя в руки под строгим приглядом матушки. Глава рода Корсаковых могла бы вмешаться и запретить, если бы хотела. Но Анастасия Александровна могла быть в обиде на государыню лично, однако не была глупой и рушить карьеру детям не собиралась.
— Это огромная честь для меня, ваше императорское величество, — ответила сестрёнка.
— Естественно, это будет возможно лишь в том случае, если ты окончишь гимназию с отличием, — добавила императрица. — Рядом с моей дочерью будут дети самых влиятельных благородных родов Российской империи. Твой брат будет придворным целителем, и это уже кое-что значит. Но гораздо важнее, чтобы ты могла быть равной остальным. И образование — твой главный козырь, Екатерина. Что скажешь, справишься?
Если бы можно было замотивировать сестрёнку больше, это, пожалуй, было бы настоящим чудом вроде первого появления радуги. Младшая Корсакова просто сияла от счастья и гордости. Надеюсь, она сама прекрасно понимала, кому будет обязана своим возвышением, и что ей придётся в некотором роде шпионить за наследницей. А если нет — матушка ей неоднократно пояснит.
— Я вас не подведу, ваше императорское величество, — заверила Катя.
— В таком случае попрошу вас обоих оставить вашу матушку со мной наедине, — с улыбкой произнесла государыня. — Подождите её в приёмной. Надолго я Анастасию Александровну не задержу.
Мы вышли и были сразу же приглашены секретарём на мягкий диван. Нам вручили чай с конфетами, и только здесь я обратил внимание, что Родионова и след простыл. Неужели его действительно в роли сопровождающего использовали? Впрочем, у него ведь свои обязанности имеются.
— Как думаешь, о чём они говорят? — склонившись к моему плечу, уточнила сестрёнка.
— О прошлом, — коротко ответил я, прежде чем сделать очередной глоток. — Возможно, ностальгируют о былых временах. Вспоминают деньки, когда сами были нашего возраста.
Но, скорее всего, сейчас там две старые знакомые расставляют барьеры, за которые перешагнуть будет нельзя. Ведь что бы ни произошло между Екатериной Юрьевной Шереметевой, которая ещё и ни думала о троне Российской империи, и Анастасией Александровой Корсаковой, которая грезила о собственном госпитале и счастливом замужестве, теперь эту вражду придётся отложить. Ради детей, которые уже выросли у обеих и теперь должны столкнуться с вызовами нового времени.