Факты разрозненные, набросанные короткими заметками и неофициальным тоном, хранили в себе доказательства не просто политического убийства Анастасии Александровны Корсаковой. Они скрывали молчаливое бездействие Долгоруковых, которые предпочли не вмешиваться.
Всё это было слишком огромным откровением, и в то же время… Дарья Михайловна выросла в этой среде, и потому прекрасно осознавала, почему Виктор Павлович выбрал для Долгоруковых именно политику невмешательства. Будущий император определился с невестой раньше, чем все остальные поняли.
Её императорское высочество нашла не просто текстовую заметку. Она нашла фото обнажённой Шереметевой, которое тогда ещё наследник престола сделал на память. И судя по подписи к файлу, сделал он это задолго до того, как весь хоровод с невестами вообще начался.
«Сладкая Катя»
Дарью тошнило от мысли, что она раскопала. Отец не просто затащил в постель её будущую мать, он позволил состояться соревнованию, где Анастасию Александровну растопчут и уничтожат ветвь Корсаковых.
Так она думала, пока не нашла личную переписку Михаила Константиновича Долгорукова с Виктором Павловичем. Наследник престола обсуждал с двоюродным братом, как сделать так, чтобы сравнить обеих.
Это было мерзко. Чувствовать себя дочерью мужчины, который выбирает себе жену, трахая всех претенденток, было отвратительно. И если сначала Дарье казалось, что её тошнит, теперь её натурально мутило.
Неудивительно, что дядя не хотел показывать ей эту сторону будущего императора. Михаил Константинович был скотиной, родством с которым совсем не хотелось гордиться. Неудивительно, что после такого правителя в стране начался кризис, который Железная Екатерина была вынуждена топить в крови.
А дальше начался целый калейдоскоп уродов.
Главе рода Шереметевых Михаил Константинович сам признался, что спал с его дочерью. И тот понял, что не хочет для дочери судьбы, в которой она просто весело провела время с наследником престола. Юрий Петрович связался с Лопухиными и заказал им не убийство физическое, а уничтожение всех претензии Корсаковой на будущего императора. У Дарьи Михайловны не было имени конкретного исполнителя, но факты оставались на месте.
Лопухины взяли заказ, как менталисты, и Корсакова Анастасия Александровна, которую даже великий князь Виктор Павлович находил очень умной девицей, внезапно влюбилась в мота, транжиру и лудомана. Прямо не утверждалось ничего, но записи великого князя читались однозначно. Лопухины повлияли на Корсакову, чтобы выкинуть её из придворной жизни на максимально далёкое расстояние.
И мать действительно знала. Виктор Павлович выяснил это совершенно случайно, подслушав разговор Шереметева с дочерью, уже невестой будущего императора. Его дневниковые записи были зашифрованы, но Дарья Михайловна не была дурочкой, а потому взломала пароль быстрее, чем система возмутилась первым неверным вариантом.
И теперь становилось ясно, что попытка её императорского величества не подпускать к Ивану интриганов из Кремля — не милость, а отработка морального долга. Перед подругой, которую Екатерина Юрьевна Шереметева сама же и уничтожила. Да, она не заказывала Анастасию Александровну лично, но она сделала всё, чтобы это стало возможным.
Дарья Михайловна несколько дней думала о том, хочет ли она копать дальше. Потому что уже узнанного хватало, чтобы почувствовать омерзение к собственной семье. И всё же она понимала, почему Долгоруковы не тронули Шереметевых. Слишком далеко Михаил Константинович зашёл и мог в любой момент взбрыкнуть, устроив династический кризис, целенаправленно плодя бастардов. Из его личных записей это было кристально ясно.
А потом на Ивана напали после «Мидины», и её императорское высочество задалась новым вопросом. А почему другие ветви Корсаковых не заступились за свою родственницу? Да, существовало несколько ветвей, которые уже не были связаны между собой прямым родством. Но они всё ещё были кланом в глазах общества.
И открывшаяся правда ей не понравилась. Потому что она нашла список, утверждённый рукой Юрия Петровича Шереметева. Во Владивостоке Корсаковы получили щедрое право на строительство и обслуживание мостов. В Краснодаре Корсаковы обзавелись обширными садами, которые позволяли жить с одних только фруктов шикарнее, чем большинство дворян.