— Именно поэтому я говорю это до того, как всё произойдёт, — кивнул он. — Трубецкие не вчера стали благородным родом, Иван Владимирович, честь для нас не пустой звук. Теперь можете приступать.
Я кивнул и занялся делом.
И на этот раз пришлось выложиться на полную. Потому что уничтожать в теле Трубецкого было нечего, только править системы организма. А это требовало куда большего контроля и сил, чем могло бы показаться со стороны.
Я не был медиком, не знал, какие именно сейчас в этом мире существуют лекарства. Я работал напрямую с телом. И видел сложность процесса исцеления. И если обычная медицина вот такое лечит, уважать врачей следовало больше. Потому что-то, что я делал, было магией, а обычные люди, способные повторить это с помощью науки, настоящие чудотворцы.
Наконец, я закончил. Руки отваливались, в голове звенело, перед глазами расплывались круги. Но передо мной лежал здоровый человек, который больше не будет страдать. По крайней мере, в ближайшее время.
Слуга Трубецкого помог мне подняться, вручил кружку со сладким чаем, который я выпил едва ли не залпом. Стало полегче, но не настолько, чтобы я мог бегать и прыгать полным сил. Не падать уже было достижением.
— Спасибо, — кивнул я, возвращая ёмкость.
— С его сиятельством теперь всё будет в порядке? — уточнил он.
— От волчанки я его исцелил, общее здоровье подтянул, — ответил я. — Как будет дальше, ничего гарантировать не могу, все мы смертны. Он проспит ещё около часа, после этого можно выписываться. Можно разбудить и раньше, но организму нужен отдых, а мне что-то подсказывает, что граф Трубецкой не из тех, кто праздно лежит на диване.
Слуга чуть улыбнулся и поклонился уже глубже.
— Спасибо, ваше сиятельство.
Я выбрался на свежий воздух, где меня ждал Марк Миронович. Заведующий заметил мой бледный вид, но изображать испуг и тревогу не стал. Целитель, который выглядит, как восставший труп — явление рядовое, если целитель действительно работает.
— Пройдёмте в мой кабинет, ваше сиятельство? — по-деловому уточнил он.
— В кабинет, — кивнул я. — И распорядитесь подать чай. Есть я сейчас не готов, но попить сладкого смогу.
На столе заведующего лежали три папки.
— Первый объект, — придвигая ближайшую ко мне, объявил Марк Миронович. — Бывший реабилитационный центр в Одинцово. Самый быстрый вариант, через четыре месяца можно принимать первых пациентов. Но это именно восстановительный комплекс, а не полноценный госпиталь. А потому под ваши требования потребуется полноценное перепрофилирование. Стоимость самого комплекса — миллиард восемьсот тысяч рублей. Если исходить из цен сейчас, то перестройка обойдётся ещё в девятьсот миллионов рублей.
Я кивнул и открыл обложку.
Окончательное решение будет за главой рода, но это не мешало мне ознакомиться с объектом самому. В конце концов, у главы корпуса целителей не так много свободного времени, да и мне тоже нужно понимать, где мы, возможно, станем работать, когда Ясенево станет чисто родовой лечебницей.
— Дальше, — проговорил заведующий, и ко мне направилась вторая папка. — Недостроенный частный медицинский центр на Новой Риге. Цена покупки — три миллиарда и четыреста миллионов рублей. Стройка не была завершена, у владельца кончились средства, на доведение центра до ума потребуются десять месяцев подготовки и ещё два и шесть миллиардов рублей. Но этот центр планировался как элитное заведение, есть места для хирургии, реанимации, полноценной диагностики. Идеальный вариант, если вы хотите превратить нашу лечебницу в действительно хороший госпиталь.
Я просмотрел и эти документы.
Что можно было сказать? Инвестиции, которые не успели окупиться. Но не потому, что деньги кончились. Их просто стало некому платить — бывший владелец скоропостижно скончался в застенках жандармерии. Потому что его фамилию я видел среди списка казнокрадов, связанных с «Сибирскими кедрами».
Но проект и фотографии с места действительно выглядели многообещающе.
— Третий вариант.
Я поднял голову на последнюю папку. Марк Миронович открыл её сразу, демонстрируя мне план и фотографии места.
— Санаторный комплекс у Истринского водохранилища, — озвучил заведующий. — Стоимость покупки и перепрофилирования — три и шесть миллиарда рублей. Много корпусов, идеален для длительного пребывания пациентов, закрытая территория и возможность быстро разгрузить нашу лечебницу в Ясенево. Но туда сложнее будет возить срочных пациентов, комплекс располагается за пределами Москвы, и быстро туда не попадёшь. К тому же там потребуется не просто несколько машин, привязанных к госпиталю, а полноценный парк с полным циклом обслуживания. Заправок в районе мало, и нужно будет заключать договор на поставку топлива напрямую. А значит, его тоже потребуется правильно хранить и использовать.