— Правильный выбор, — легко кивнула Ростова. — В таком месте именно с него и нужно начинать.
— Шампанское тут тоже недурное, — пожала плечами Строганова. — Вы вот, Иван Владимирович, какое предпочитаете?
Никитина приподняла бровь, ожидая ответа. Она-то прекрасно знала, что я не любитель выпить. Александра Борисовна же кидала мне подачу, позволяя войти в беседу непринуждённо. Здесь, в этом царстве рюшек и патоки, говорить о крепком алкоголе вроде коньяка, рома или водки — самое то для мужчины. Эдакий спасательный круг, за который можно вцепиться, чтобы ни в коем случае тебя не сочли сладкоежкой.
— Предпочитаю не тормозить мозг, а разгонять его, Александра Борисовна, — ответил я. — Так что вместо алкоголя — кофеин. Я головой работаю, мой дар на неё завязан. И лишняя капля алкоголя может стоить кому-то жизни, а мне выгорания. Так что я, как и всякий разумный одарённый, не люблю выпивку. Но если говорить именно про выбор горячительных напитков, то предпочитаю глинтвейн. Особенно зимним холодным вечером.
Строганова с самым серьёзным видом кивнула.
— Какой неожиданный выбор для человека, которого все считают примером мужественности, — как бы между делом отметила она. — Вы во всём такой необычный, или только в том, что касается вкуса к алкоголю?
Весьма тонкий заход на то, что в моём вкусе не абы кто, а будущая государыня. Самое время распушить хвост перед собравшимися. Но какой в этом смысл, если трое из них меня прекрасно знают?
— Обычно я предпочитаю классику, — ответил я. — Она не стареет каждые полгода и не выходит из моды. Именно поэтому она становится классикой.
Никитина улыбнулась уже теплее.
— Какой хороший ответ, Иван Владимирович, — произнесла она. — Я будто снова в гимназии оказалась. Там вы тоже всегда давали преподавателям хорошие ответы.
Мне оставалось только руками развести.
— Виновен, Инна Витальевна.
В этот момент в дверь аккуратно постучали, и по разрешению Строгановой официантка в пастельном переднике внесла пузатый фарфоровый чайник и блюдце с чашкой для меня. Сразу было заметно, что это — мужская посуда. Слишком топорно грубая работа, как будто мастер, который её ваял, стремился добиться гротескной мужественности.
— Ваш чай, ваше сиятельство, — произнесла девушка и наполнила для меня чашку. — Ещё что-нибудь?
Я оглядел женское общество, взглядом предлагая заказать что-то ещё, но все уже взяли себе то, что хотели. Так что официантку мы отпустили. И я даже успел сделать первый осторожный глоток, подозревая в чашке наличие килограммов мёда или сахара, прежде чем разговор начался всерьёз.
— Ваша сестра похвасталась, что вы изрядный романтик, ваше сиятельство, — произнесла Строганова. — Не расскажете, как прошло ваше свидание с её императорским высочеством?
Я приподнял бровь, и Александра Борисовна тут же уточнила, чтобы не выглядело так, будто она лезет в мою личную жизнь:
— Как вам пришла в голову эта идея? — спросила она. — Мне просто интересно, о чём нужно заставить думать своего молодого человека, чтобы он совершил поступок, подобный вашему.
— Да, — вставила Ростова, мечтательно глядя в потолок. — Нам крайне любопытно, Иван Владимирович.
— Девочки, — посмотрев по очереди на обеих с осуждением во взгляде, обратилась к ним Никитина. — Дайте его сиятельству хотя бы чая попить.
Я коротко посмеялся. Инна Витальевна не давала мне соскочить с темы и просто проявляла вежливость, как положено потомственной аристократке. Что ж, раз им нужны такие подробности, почему бы и не рассказать о технической стороне вопроса.
— Для начала, — не выпуская чашку из рук, произнёс я, — я выяснил расписание её императорского высочества. Затем запросил у её охраны, как вписать в него свидание. Разумеется, всё это было сделано не по щелчку пальцев, и пришлось готовиться заранее. А уже получив одобрение гвардии Долгоруковых, которая и несёт службу по охране её императорского высочества, я сделал пару звонков и арендовал кинотеатр.
Девицы переглянулись с улыбками.
— Да уж, подняли вы планку, Иван Владимирович, — признала Никитина. — Теперь столичным молодым людям придётся не только тратить родовые деньги — это большинство умеет с рождения, а делать это грамотно и по-мужски красиво.
— Вот такой у меня брат, — с самым довольным видом прокомментировала Катя и потянулась к одному из пирожных, стоящих вокруг неё.
Я улыбнулся, взглянув на сестру.
— А как на это отреагировала её императорское высочество? — спросила Строганова. — Вы ведь её не предупреждали. Наверное, ей было очень приятно?