В голосе сестры мелькнула нотка недовольства и жёсткости, которой прежде не было. И меня порадовало, что младшая Корсакова научилась передовать одним обращением столько эмоций, что больше слов не требуется. Матушка умеет так же.
— Я не прошу рассказывать личное, — спокойно отозвалась графиня Никитина. — Я спрашиваю о характере будущей государыни. Не думаю, что Иван Владимирович примет это за попытку залезть к ним в спальню.
Я приподнял бровь, выражая своё удивление, и Маргарита Ивановна тут же вставила:
— Не то чтобы я не хотела прочувствовать все детали, — чуть посмеиваясь, сообщила она.
— Рита! — с искренним возмущением воскликнула уже Никитина.
— Ой, уже и пошутить нельзя, — с наигранной обидой ответила Ростова, после чего повернулась ко мне. — Не переживайте, Иван Владимирович, я помню наши разговоры. И не собираюсь отказываться от собственного слова. К тому же вы заняты. И пока вы не станете свободны, так и будет оставаться. Кроме того, дедушка уже подобрал мне жениха. Было бы неловко сейчас всё испортить.
Я кивнул совершенно спокойно.
— Давайте вернёмся к конструктивному диалогу, — предложила Строганова. — Рита, давай пока без комментариев. Что подумает Иван Владимирович о нашей компании, куда вхожа его сестра?
Никитина тяжело вздохнула.
— Это ещё один недостаток долгого знакомства, — признала она. — Нас по-настоящему это уже не удивляет. Видела бы ты, Саша, что Рита творила в гимназии.
Ростова холодно усмехнулась и взглянула на подруг из-за края чашки.
— Чтоб вы, аристократки, понимали, это была война, — произнесла она. — В то время Иван Владимирович был простым дворянином, и за него шли такие бои, о которых вам и слышать не доводилось. Знаете, сколько хороших молодых людей заканчивает гимназию, не имея помолвки за спиной?
— Ну, много таких, — не слишком уверенно произнесла Никитина.
— Я сказала «хороших», Инна, — чуть твёрже напомнила Маргарита Ивановна.
Строганова кашлянула, глядя на девиц с неодобрением, но с улыбкой. Разговор ей, очевидно, нравился. И что-то мне подсказывало, что её не только политическая необходимость объединяет с остальной группой.
— Давайте всё-таки поговорим о деле, — предложила она. — Не забывайте, что у его сиятельства действительно тяжёлая служба. Не будем отнимать у него больше времени, чем на самом деле требуется. А если вам так хочется обсудить брачные перспективы, это можно сделать и после его ухода.
Никитина с Ростовой тут же активно закивали.
— Итак, ваше сиятельство, расскажите нам, какая же она на самом деле наша будущая государыня, — глядя на меня со всем возможным вниманием, попросила Александра Борисовна.
Я сделал глоток чая, допивая чашку, и отставил её в сторону. Ростова с совершенно спокойным лицом тут же подлила мне новую порцию напитка из чайника. Я кивнул, забрал посуду обратно, но ничего по этому поводу говорить не стал.
Зато Катя усмехнулась, быстро посмотрев на нас обоих.
— Для начала, — заговорил я, — прежде чем тревожить Дарью Михайловну, вам необходимо определиться, для чего вам нужно это общение. В чём выгода для ваших семей, это понятно с первого взгляда — ближе к наследнице престола, значит, ближе к самому престолу. Но её императорскому высочеству это должно быть интересно почему? Зачем ей именно вы трое, а не любые другие благородные девицы?
На несколько секунд в комнате повисла тишина, и стало понятно, что не всё у девиц продумано. И они прямо сейчас обдумывают ответ. Торопить их смысла не было, Даша всё равно ещё на съезде и не скоро вернётся. Но у подруг сестры хотя бы будет время подумать как следует, что они реально могут предложить её императорскому высочеству.
— А пока вы думаете, мадемуазели, я всё-таки заберу сестру, — за раз допив чай, объявил я. — Её сиятельство правильно заметила, у меня тяжёлая служба. Да и Екатерине Владимировне давно пора домой. Катя, прощайся. Инна Витальевна, Маргарита Ивановна, был счастлив повидаться. Александра Борисовна, рад нашему знакомству, надеюсь, оно продолжится в такой же положительной атмосфере.
Девицы, естественно, подниматься не стали. Расцеловались с поднявшейся Катей, и я вывел её в коридор. Сотрудница кафетерия встретила нас с улыбкой.
— Ваши сиятельства, всем ли вы довольны от посещения нашего заведения? — с уважительным поклоном уточнила она.
— Очень, — ответила за нас обоих младшая Корсакова. — Особенно прекрасен был лимонный пирог. Так что я обязательно ещё загляну.
Сотрудница улыбнулась чуть шире. Отлично понимала, что регулярные визиты сестры самого известного молодого человека Российской империи поднимут престиж заведения. Так что я ничуть не удивился, когда она дала знак кому-то из коллег, и тот принёс нам коробку.